Когда я открываю глаза в следующий раз, он уже полностью одет, присел у кровати на корточки и гладит мои волосы.
— Мэтью?
— Мне пора уходить, мисс Улыбка. Через час рассвет.
— Подожди, я сейчас оденусь и провожу тебя!
Я порываюсь встать, но Мэтью легко останавливает меня.
— Нет, Эшли. Не будем никого беспокоить. — Наклонившись, он целует меня в губы и поднимается. Отступает к окну, открывая его. — Просто закрой за мной створку, хорошо? Я бы не будил тебя, но не смогу этого сделать сам. И оденься, а то замерзнешь!
Он перекидывает через подоконник ногу, вторую, и исчезает за ним, опускаясь на руках.
Секунда… и я слышу внизу глухой звук приземления. Вскочив с кровати, натягиваю сброшенную на пол пижаму и подбегаю к окну, чтобы проводить взглядом высокую, широкоплечую фигуру моего парня.
Остановившись у края дороги, он машет мне рукой, и я отвечаю. И снова стою, улыбаясь, пока он вскоре не исчезает из виду. Закрываю окно, и только тогда замечаю на моем письменном столе небольшую картонную коробку с надписью «Для тебя».
А внутри шесть шоколадных маффинов в темной глазури и с апельсиновой стружкой.
Господи, как же вкусно они пахнут! Как рождественская сказка!
Воображение тут же рисует чашку горячего кофе с запахом пралине, и я решаю не дожидаться утра. Тем более, что ложиться спать уже поздно. Нет, легче даже и не пытаться, чем через час заставить себя проснуться бодрой и свежей!
Я прижимаю коробку к груди, и совершенно счастливая выскальзываю из комнаты.
Тихо спускаюсь по лестнице вниз… и неожиданно замедляюсь, увидев на кухне Кейт.
Она сидит за столом с пустым стаканом из-под сока в руке и таращится на экран айфона, который показывает какое-то скучное видео. У дочери Патриции неважный вид. Под глазами круги от косметики и вспухший нос, словно она плакала. Не похоже, что просмотр видео доставляет ей удовольствие.
Так неужели Кейт просидела здесь всю ночь?
На пару секунд задержав на девушке взгляд, я вхожу в зону кухни, оставляю маффины на столе и включаю кофемашину.
Пока делаю себе горячий напиток, чувствую лопатками какую-то новую неловкость между нами. Но она, заметив меня, молчит, я — тоже, а значит, у нас все по-прежнему.
Однако Кейт еще раз меня удивляет, заговорив первой:
— И что у вас с Палмером — любовь или просто секс?
— Что тебе сделать? Латте или американо? — отвечаю я вопросом на вопрос.
— Капучино.
