Только не среди врагов, а среди своих, которые порой не менее опасны. Именно после этого она приняла приглашение Бориса, и с тех пор они тоже стали гулять вместе. С ним же она увидела Макарова на французском приеме, и в этот раз они с японкой совсем не казались чужими.
Ох уж этот их танец! А еще то странное туземное платье с короткими и широкими рукавами, которое словно приглашало обнять его хозяйку. Княжне потребовалась вся ее сила воли, чтобы удержать себя в руках, но оно того стоило. Борис с тех пор стал как будто больше ей доверять, и вот она даже получила приглашение на домашнюю встречу великих князей и…
— Сергей Юльевич, — Татьяна поздоровалась с Витте последним, а потом мужчины снова продолжили обсуждать свои дела.
— Это невероятно, — говорил Сергей Александрович, — Макаров начал свое наступление уже как две недели назад, но за все это время не продвинулся и на километр. Если бы не упрямство Линевича, после такого позора его можно было бы уже снимать, но… Эти старые генералы слишком болезненно относятся к своей чести.
Ничего, закончим войну, и я лично прослежу, чтобы в армии навели порядок, избавив ее от тех, кто ставит личное выше пользы страны.
Татьяна чуть не поперхнулась, но все остальные только согласно покивали в ответ на прочувствованную речь великого князя."
"— Если вы возьмете военное министерство под свой личный контроль, Россия сможет сэкономить миллионы, которые сейчас выкидываются на ветер. Вы вот видели, сколько Куропаткин спустил на хлебопекарни в каждую часть или на бани? Это миллионы! Или местные китайские тулупы, в которых одел свой 2-й Сибирский Макаров? Сколько денег он положил в свой карман на их закупке? А армия после этого выглядит словно толпа бродяг.
— Простите! — княжна, которая изначально хотела только слушать, просто не выдержала. — Ваше высочество! — Татьяна увидела, как к ней повернулся сначала нахмурившийся Сергей Александрович, а потом и все остальные. — Разрешите… Я работаю в госпитале! Руковожу отделением для легкораненых…
Татьяна в этот момент готова была проклясть себя за накатившую слабость.
Когда в последний раз она так терялась? Когда ей было 14? И эта предательская робость вылезла в такой ответственный момент!
— А я читал про вашу работу, — Сергей Александрович неожиданно перестал хмуриться. — В газетах говорят, что вы большая умница и сделали то, что не каждому мужчине по плечу. И Вреден вас хвалит.
