С собственной охраной, небольшим КПП и асфальтированными, полностью расчищенными дорожками. Дежурный, похожий на братка, сопроводил нас к срубу из метровых кедровых брёвен."
"— Точно, в баню, — весело подмигнул мне Никита, и я понял, что он нервничает, причём сильно.
— Прорвёмся, — кивнул я ему. — Не дёргайся. На назначение это не повлияет. Я скажу что, ты ни при чём, что вообще не знал. Главное, не дыши на начальство.
Он не ответил, только сжал челюсти и покатал желваки. Мы прошли через предбанник и оказались в просторной комнате отдыха.
Было жарко, пахло берёзовыми вениками и чаем со смородиной. На столе стоял самовар, кружки с пивом и водка. А ещё тарелки с рыбой, колбасой, ветчиной… ещё какие-то яства. Я скользнул по столу взглядом и остановился на двух распаренных, мордатых дядьках.
Один из них был начальником городского управления, а вот второй… Вот же суки, ничего не боятся! Вообще ничего. Вторым боровом оказался Ширяй. Бандос, который весь город держал в страхе.
— Ты что, Бешметов, вообще из ума выжил? — как бы нестрого и даже по-дружески, поинтересовался генерал и отхлебнул из кружки пиво.
— Ты зачем Ахмата с его людьми пострелял? Рехнулся?
— Так они напали, товарищ генерал-майор, пришлось отстреливаться, — пожал я плечами. — Они разбойное нападение совершили и покушение на изнасилование.
— Покушение, — усмехнулся он, а Ширяй на меня даже не взглянул, занимаясь разделкой рыбины. — Одни от тебя неприятности. Вред один. В общем, дурак ты, Бешметов. Ладно, горбатого, как говорится, только могила исправит.
Ты что, материалы на меня собираешь?
Твою мать! Сердце подпрыгнуло. Меня будто молнией прошило. Насквозь.
— Какие ещё материалы? — нахмурился я.
— Какие? Это ты скажи? В Москву, в собственную безопасность, говорят обращался.
Сука! Я резко обернулся и полоснул Никиту взглядом, но он только плечами пожал.
— Из министерства сообщили, — развёл руками генерал. — Дурак, говорят, Бешеный твой, как есть дурак. Ты уж его образумь как-то, а то с дураками каши-то не сваришь.
Понимаешь, Бешметов? Каши с тобой не сваришь. А как жить без каши-то?
Он вздохнул и уставился на меня в упор. Глаза у него были добрыми, лучистыми, щёки — розовыми, как у пупса, а голос — мягким и задушевным.
— И что с тобой делать прикажешь, а? Где материалы? Никит, ты нашёл папку его секретную?
— Так точно, Евгений Иванович, — ответил Никита, и я снова обернулся в его сторону.
Он на меня не глянул. Выглядел при этом собранным и уверенным.
— Она дома хранилась.
![Обложка книги За горизонт! [СИ]](/uploads/posts/images/5/za-gorizont-si-3.jpg)
