Люди только тихо перешёптывались, неуверенно подталкивая друг друга в бока. Сделать первый шаг отчаянных не находилось.
Караул, мы даже растерялись. И что было делать? Ну не силком же заставлять народ принять нашу поддержку.
Староста, который уже немного пообвыкся с нашими новыми порядками, взял слово и попытался прийти на помощь, убеждая односельчан в том, что подвохов никаких нет, и можно смело приступать к разбору «гуманитарной помощи». На что кто-то из толпы негромко ответил ему что-то в духе «бесплатный сыр бывает только в мышеловке», и совать башку в непонятный «блудняк» дураков нет.
"
"После векового угнетения (по-другому не скажешь), необъяснимая щедрость новых хозяев не укладывалась у народа в головах. Нет, мы, конечно, предполагали, что с этим возникнут некоторые затруднения, но не в такой же степени. Уже самолично прямым текстом объявили, мол, забирайте безвозмездно, то есть даром, и всё равно стоят, с ноги на ногу переминаются, гадости какой-нибудь ждут.
Ясно. Позицию поняли, тоже не дураки.
Нужно было срочно найти какой-нибудь выход. И он у меня «созрел». Коротко переглянувшись с Сергеем, я направилась к отцу Бетхору, с которым мы с сестрой накануне познакомились и подробно переговорили на тему реставрации церкви. Им оказался сухощавый старичок с добрыми слезящимися глазами, и не стоит говорить, что он тоже не сразу поверил своим ушам.
Правда, его одного убедить получилось гораздо быстрее и проще. Во-первых, батюшка все свои сомнения деликатно придерживал при себе.
Во-вторых, оставленная сумма на самые срочные нужды подтвердила наши словесные заявления. Сжимая в жилистых натруженных руках мешочек с монетами, отец Бетхор тогда благословлял нас на все лады и благодарил за честь объявить согражданам о предстоящем благом деле. Самое время было предоставить ему «трибуну».
Встав перед своими прихожанами, батюшка произнёс тёплую, трогательную речь, заметно взволновавшую слушателей. А следом за ним я внесла некоторые поправки в наш первоначальный план.
Раз крестьяне в халяву верить отказывались категорически, следовало действовать по-другому.
Я просто предложила людям за каждую взятую вещь отдавать какую-нибудь символическую плату в пользу храма. Кто сколько сможет. А принимать деньги станет непосредственно отец Бетхор.
И вот тут нам, наконец, кажется, поверили. Площадь по нарастающей зашумела, загудела, зашевелилась. Послышались всё более уверенные реплики:
- Так это что, братцы, выходит, правда, что ли?..
