Ненавижу этот дом, — выдохнул Одинцов, в глазах его стояли слезы, он торопливо смахнул их ладонью. — Извините… сейчас я живу у брата, наверное, позже сниму квартиру…
— Мне бы хотелось взглянуть на дом.
Он потянулся к куртке, достал из кармана ключи И отдал мне.
— Вам придется сделать это без меня, — сказал твердо. — Вот адрес. — Он нацарапал адрес в блокноте, окинув быстрым взглядом мои записи. Там ничегошеньки не было, кроме фамилий и двух грустных смайликов. Должно быть, это его разочаровало.
Надеюсь, он не рассчитывал, что я найду убийцу уже к вечеру?
В возможности сделать для него что-то путное я в тот момент здорово сомневалась, хоть и не спешила признаться в этом. Особых талантов к сыскному делу я за собой не знала, а тут и вовсе зацепиться не за что. Бизнесмен Потапов убил чужую жену, лишившись полумиллиона рублей? Чего на свете не бывает, но как-то сомнительно. Сумма, которую Миронов мог получить, выполнив заказ в торговом центре «Заречный», куда внушительней, но если бизнесмены начнут резать друг друга по любому поводу, вести какие-либо дела будет попросту невозможно.
Я убрала блокнот и ключ в сумку, Одинцов воспринял это как сигнал к окончанию разговора и поспешно сказал:
— Мы не обсудили ваш гонорар.
— Для начала мне нужно убедиться, что я способна помочь…
— Но вы тратите свое время…
— Если оно не будет потрачено впустую, вы его оплатите.
— Но ведь вы… вы постараетесь? — Как видно, Одинцов относился к породе людей, искренне считавших, что стараться можно только за деньги.
Он вдруг смутился и добавил: — Извините, я просто… я…
— Я буду очень стараться.
Он подозвал официантку, расплатился за кофе, оставив щедрые чаевые, встал и подал мне пальто.
— Куда вас отвезти? — спросил, когда мы вышли на улицу.
— Спасибо. Я немного пройдусь.
— Вы мне позвоните? — помявшись, сказал он.
— Конечно, — кивнула я и побрела по улице. На углу оглянулась: Одинцов стоят возле своей машины и смотрел мне вслед.
Очень может быть, уже сожалея, что со мной связался: помощи от меня с гулькин нос, а душу я ему своими вопросами растревожу. Кстати, правильно подозревает. Вот если бы за дело взялась сестрица… Может, она проявит человеколюбие и придет мне на помощь? А потом достанет нравоучениями и нытьем, что я ее от важных дел отрываю. Нет уж, как-нибудь без нее обойдусь.
Опять пошел снег, падал пушистыми хлопьями, которые таяли под ногами.
