– Собирай в сумку журналы! Я пока заберу самые редкие ингредиенты! – спохватилась Шаболданская, и женщины начали лихорадочно набивать свои сумки, со страхом поглядывая на дверь, на которой мелкой сеткой расцветали все новые трещины. – Все, уходим! Иначе не успеем!
– А она? – внезапно ткнула в меня пальцем Ландерия.
Я надеялась, что обо мне забудут и оставят в покое. Прижалась к стене неподалеку от двери и не издавала ни звука.
– Она нас только задержит. Найдем другую ведьму, – а потом кровожадно улыбнулась и, в мгновение ока сформировав в руке огромную острую сосульку, запустила ее мне в грудь.
– Передавай привет Черной даме и дракону, – зло сплюнула и направила какое-то заклинание в пентаграммы.
Они, как и дверь, продолжавшая содрогаться под магическими ударами, пошла трещинами, и мне показалось, что стены лаборатории заходили ходуном. С потолка посыпались мелкие камешки и пыль, а женщины, зло ухмыляясь, скрылись в темном зеве потайного хода.
Глава 32. Пробиваясь к ведьме
Майкл ван Драг.
Чуть ранее"
"Ректор был в ярости. Его ведьма оказалась в опасности, а он никак не мог до нее добраться. Дверь библиотеки оказалась непреодолимым препятствием на его пути. Зачаровывали ее лучшие маги древности, ведь за ней скрывались бесценные фолианты. Он скорее стены разберет по камешку, чем вынесет эту дверь.
Кстати, неплохая идея…
– Бруно, успокойся, – друг стоял рядом и держал за ошейник бесновавшегося пса.
Огурчик метался рядом и, когда ректор не пытался вынести дверь магией, пытался выбить ее вручную.
Но дверь иногда светилась магическим светом и оставалась на месте.
«Поторопись…» – внезапно пронеслось на грани восприятия дракона, и он понял, что Тильда его зовет. Он даже не пытался понять, как они начали чувствовать друг друга так быстро, без близости, но это не имело сейчас значения.
Она была в опасности, и она его звала!
Взревев не хуже своего дракона, ректор направил на косяк двери такую мощную волну силы, что и косяк, и стену на полметра вокруг двери развоплотило.
Дверь еще несколько секунд одиноко постояла на месте, ничем более не удерживаемая, а потом с грохотом, подняв тучу пыли, провалилась внутрь.
В образовавшемся проеме мелькнуло испуганное лицо библиотекаря, и он завопил:
– Стоять! Сюда нельзя! Редчайшие фолианты не терпят такого обращения!
– Зурб, или ты ведешь нас к потайному ходу, – пророкотал разъяренный дракон, – или я тебя убью.
