– Редко бывает, когда внуки с первого слова слушаются бабушек."
"– Так это уж правнуки, – Полина Петровна улыбнулась счастливой улыбкой. – Потому и слушаются, что я в свое время на внуках натренировалась. Внуки-то меня, как и всех бабушек, не слушались, балованные росли, но я все свои ошибки учла. И с правнуками у меня разговор уже совсем другой получился. Вообще-то они хорошие, они и родителей слушаются, не только меня. Знаете пословицу: первый ребенок – последняя кукла, а первый внук – первый ребенок.
Вот и со мной так же. Пока детей растила – ничему не научилась, молодая была, глупая. Только когда внуки появились, начала их воспитывать, но, сами понимаете, неправильно. С первого-то раза ничего не получается правильно. А когда правнуки родились, вот тут у меня уже и опыт был, и ума прибавилось. Вы присаживайтесь, вам, наверное, тяжело стоять. Сколько месяцев у вас?
– Скоро семь.
– И чего ж вы все работаете, – завздыхала хозяйка, – не жалеете себя. Ладно бы еще работа была приятная да легкая, а то ведь с убийцами и ворами дело имеете.
Не страшно?
– Нет, – честно призналась Татьяна. – Но противно. Тут вы правы. Для будущих мам такая работа не полезна. Но ничего не попишешь. Полина Петровна, вы знали Инну?
– Так кто ж ее не знал? Весь дом знал. Как же, колдунья, к ней народ толпами ходил.
– А вы сами ходили?
– Нет, спаси господь! – Полина Петровна взмахнула руками, словно открещиваясь от нечистой силы.
– Почему? В колдовство не верите?
– Не верю, – твердо ответила хозяйка.
– Я, Татьяна Григорьевна, выросла в семье убежденных коммунистов, в церковь никогда не ходила и в бога не верила. А раз Бога нет, то и дьявола, по моим понятиям, тоже нет. Не верю я в эти сказки. В коммунизм верила свято, а в колдовство – нет. А сами вы неужто верите?
– Да нет, – засмеялась Татьяна, – я тоже не верю. Но ведь вы сами сказали, что к Инессе толпами люди ходили, не могут же все они быть не правы. Наверное, что-то все-таки есть.
Может, и не колдовство, а другое что-нибудь. А в квартире у Инессы вы бывали?
– Один раз только, когда еще не знала, что она этим делом промышляет. Зашла по-соседски, когда Инна только-только переехала. Мы в то время всем подъездом собирались домофон ставить, чтобы всякая шантрапа по лестнице не ошивалась, вот я и зашла сказать, что надо деньги сдать. Она деньги дала, зайти не пригласила, а я и не напрашивалась.
– И больше не заходили?
– Нет.
