Пожалуй, зря я на него так окрысилась. Ему тоже несладко пришлось. Ладно, с выводами по господину Готовчицу пока подождем. Мы договорились, что он попытается мне помочь, я буду приходить к нему раз в неделю на прием. Помощи я от него, конечно, никакой не жду, сама справлюсь, после сегодняшнего разговора мне стало как-то полегче. А понаблюдать за ним нужно, чтобы не ошибиться в оценке, а то перед Иваном неудобно будет. Он же на мое мнение понадеялся… Черт возьми, опять я боюсь ошибиться! Ну уж нет, не выйдет.
Я знаю, откуда этот страх, я знаю, почему он появился, но я же не стала глупее за последнее время, я такая же, как была раньше, и если раньше я была уверена в своих оценках, то почему сейчас должна сомневаться? Не должна. Я не должна сомневаться… Я не должна бояться…»
* * *Мое известие о намерении развестись и уйти, оставив ей все имущество и деньги, Вика восприняла на удивление спокойно. Все-таки она молодец, прекрасно владеет собой, даже тень радости не мелькнула на ее лице. Молча пожала плечами, покрутила пальцем у виска и ушла в другую комнату.
Через некоторое время вышла, одетая в строгий деловой костюм. И снова мое обоняние больно резанул запах ее духов. Какие противные! И как они могли мне раньше нравиться?
– Твое решение окончательно? – спросила она, серьезно глядя на меня.
– И обжалованию не подлежит, – весело подтвердил я, чувствуя невероятное облегчение оттого, что вышел из кризиса и нашел лазейку в ситуации, которая казалась мне безвыходной.
– Объясниться не хочешь?
– Не хочу.
– Тогда одевайся.
– Зачем?
– Пойдем в загс, подадим заявление. Чего ж тянуть, если ты решил.
Торопится, мерзавка! Делает вид, что смирилась с моим решением, а у самой небось внутри все поет от радости. Как же, от душегубства ее спасли, грех на душу не дали взять.
Мы вышли на улицу и отправились в сторону загса, который находился в трех кварталах от нашего дома. Солнце сияло, деревья покрылись зеленой дымкой, мимо нас проходили красивые девушки в мини-юбках, и жизнь казалась мне почти прекрасной.
Я словно заново родился. Надо же, столько времени я был ходячим мертвецом, которого ничего не радовало и ничего ему не было нужно, который не строил планов ни на завтра, ни на ближайший вечер, а сегодня я снова жив и обрел способность радоваться существованию. Как хорошо, что на моем пути попался Лутов! Если бы не он, я бы так и сидел сложа руки, чувствуя себя ягненком, предназначенным для жертвоприношения.
