— Не язви, я не завтракала.
Наблюдая за тем, как я делаю себе бутерброд, Лоренцо присел за стол и спросил:
— Ну что, и кто из конкурентов Лагфорта стоит за убийствами?
Посмотрев на хитрое выражение лица Лоренцо, я выдохнула:
— Ах ты проныра! А ну-ка рассказывай, что ты знаешь.
— А что мне за это будет?
— Тебя сейчас не побьют. Выкладывай свои мысли.
И, присев напротив друга, я начала свой завтрак, параллельно приготовившись слушать.
— Кто убивает этих женщин?
— Не знаю, Таисия, прав я или нет, но я нашел в этом деле совершенно другие обстоятельства.
Много раз я тебе говорил, Таисия, знай свою историю и обычаи. Но нет, ты считала все это глупостью и суеверием.
— Лоренцо, — предостерегающе пробубнила я с полным ртом.
— Убивает этих женщин, скорее всего, человек, не имеющий прямого отношения к Максу, но имеющий на него зуб. И еще мне кажется, что убийца не один человек, а двое.
Вонзив зубы в бутерброд, я замерла, услышав слова Лоренцо.
— То есть как? — поинтересовалась я, откусив кусок.
— А так. Человек, которому действительно все это надо, не имеет, скорее всего, к вам никакого отношения. Ему важен результат.
— И кто это, ты знаешь?
— Предполагаю. Настоящий злодей — колдун с островов. И это ритуальные убийства как подготовка к главному действию. Убийства очень похожи на один магический ритуал, известный на островах.
— Да ладно… — в полном шоке пробормотала я. — Зачем колдуну мертвые женщины?
— Они ему не нужны, ему нужна их кровь. В общем, слушай, как все это должно быть и что этому садисту еще потребуется…
Когда я вернулась домой, Макс уже встал и, сидя в столовой, мучился головной болью.
Мрачно посмотрев на меня, он спросил:
— Я так понимаю, ты ходила к Лоренцо?
— Да. И не зря сходила. Надо было не слушать тебя, а отправиться к нему раньше, но сейчас уже поздно сетовать на случай. Теперь я должна поделиться с тобой теорией Лоренцо и своими умозаключениями.
— Что, распирает от нетерпения?
— Именно.
— Тебе придется подождать. У меня после вчерашнего кружится голова и тошнит.
— А что ты хотел? Стандартное для назгаров похмелье. Давай я тебе отвар сварю, которым моя мама поднимает на ноги отца, когда ему плохо.
— Хорошо, только побыстрее.
Усмехнувшись, я направилась на кухню. Пока готовила отвар, сортировала в голове факты, чтобы правильно подать их шефу. В том, что он воспримет мои слова в штыки, я не сомневалась, но если правильно преподнести ситуацию, то, может, дурить он будет гораздо меньше.
