– Но Ирина-то все равно пропала. Она еще относительно молодая женщина, наверняка бы сопротивлялась.
– Ты не можешь этого знать. В критических ситуациях люди ведут себя совершенно непредсказуемо. Могла испугаться за мать и делать все, что скажут. Или наоборот – потерять от страха голову и натворить глупостей.
– Не знаю, – с сомнением протянула Лена. – Ирина такая прагматичная, организованная и собранная… Понимаешь, когда твоя жизнь много лет подчинена уходу за больной матерью и попыткам как-то выжить на одну небольшую зарплату, ты невольно внутренне концентрируешься.
Но при этих вводных данных мне совершенно непонятно, как и зачем Ирина оказалась в этом центре экстрасенсорики. Вернее, причину я понимаю, даже понимаю, почему именно туда она обратилась, но не могу понять, как, кто и что именно ей сказал, чтобы она документы на квартиру переоформила.
– А продать ее она не могла?
– Крашенинников сказал, что дарственная оформлена, – покачала головой Лена. – Дарственная на человека, который почти сразу эту квартиру продал.
А человек этот в нашем городе не зарегистрирован, никаких зацепок.
– Все равно подскажи им про попрошаек, – не отступала Юлька. – Может, и до нашего города докатилась эта «мода».
– Хорошо, – сдалась Лена, беря телефон. – Обрадую Паровозникова, надеюсь, он не спит после дежурства.
– Да уже вечер!
– Ну, знаешь ли… опер после дежурства может спать сутки, уж Андрей-то точно, – набирая номер, улыбнулась Лена.
Паровозников не спал, но и звонка от Лены тоже не ожидал и, судя по его тону, очень удивился:
– Тебе чего в субботу не отдыхается?
– Родилась внезапная версия.
Только не сердись, ладно? Я отлично помню, из-за чего мы поссорились. Но ты меня тоже пойми – я хочу помочь, и судьба Ирины мне небезразлична, – зачастила Лена. – В общем, тут Юлька прилетела…
– Погоди, – перебил Андрей, и Лена услышала щелчок зажигалки. – Кони, люди – все в кучу. Юлька тут при чем?
– Так это Юлька меня натолкнула… короче, попробуйте поискать мать Ирины среди попрошаек на вокзале, у рынков, понимаешь?"
"– Тю! – присвистнул Паровозников.
– Ты считаешь, мы об этом не подумали? Даже если так, то она не в городе. Кто будет подставляться? Разумеется, на подобных людей сейчас прохожие мало внимания обращают, но вдруг кто-то заинтересуется, а бабуля-то, сама говоришь, не сумасшедшая, возьмет и расскажет, как на улице оказалась. А попадется сознательный гражданин? А опознает кто-то из знакомых? Нет, Ленка, если это и было, то бабуля трудится в другом городе.
