Повертев листок, Андрей сунул его в карман брюк:
– Думаешь, могла Долженкова с адвокатом поделиться чем-то личным?
– У нее не было иного выхода. Мама ни за что не взялась бы вести дело, в котором ее клиент что-то недоговаривает или скрывает. Ты просто представь – вдруг на суде всплывает какой-нибудь любовник Арины. Нет, мама не стала бы так подставляться, я уверена, что об Арине она знает много больше, чем та хотела бы. Пусть Петр с ней поговорит. Ты был прав – здесь что-то не так. Она сказала мальчику, что отец умер – ну, это, допустим, понятно.
Но голос у нее при этом был… такое не сыграешь. И у меня никак тогда не складывается этот его иск об установлении отцовства – зачем, если у вас все хорошо? И потом в обнимку из зала суда выйти? Я бы не смогла обнять мужчину, который меня заподозрил в измене, да еще и в суд с этим потащил.
– У богатых свои причуды.
– Это даже для богатых слишком.
– Но относительно своей матери ты права – надо ее опросить.
– Плохо только, что Петр молодой, – вздохнула Лена.
– Она его может раздавить морально.
– Ну, Петька ей не сын, а процессуальное лицо, – заметил Андрей. – Будем надеяться, что справится."
"– Только, Андрюша, я тебя очень прошу – пусть она не знает, что это я вам идею подкинула, – тихо сказала Лена, опустив глаза.
– Да я ж понимаю, ну, что ты… Мало ли, откуда мы про иск узнали. А у тебя там, я смотрю, и так проблем достаточно.
– По делу о пропаже Яровой ничего?
– Работаем, – коротко отозвался Паровозников.
– Но ты ведь понимаешь – сложно это все. Свидетелей нет.
– А с экстрасенсом что?
– Так я от него и еду.
– Ну?! – Лена даже подалась вперед, но Андрей только бросил:
– Не застал.
– В смысле – его не было?
– Ну, а как еще? Приехал я в этот офис, там таких колдунов – человек восемь, у каждого кабинет и секретарь, прямо как в хорошей конторе. Белькевича этого на месте не оказалось, выехал в район – о как! Чувствуешь размах?
– Да вот в том и дело, что как раз размах этот меня настораживает.
Центр по оболваниванию доверчивых буратинок, – пробормотала Лена.
– И ведь не подкопаешься же. Каждый сам идет и сам свои денежки несет, никто силком не отбирает. Это очень умная политика, кстати.
– Но ведь были же случаи, когда мошенников таких разоблачали.
– Где-то были. Но у нас в городе – точно нет.
– Так есть шанс создать прецедент.
– Если там есть, на основе чего его создавать.
