Но, к счастью, хоть мальчик выбрал стол за спиной у Лены, Арина ее то ли не узнала, то ли не заметила – было довольно многолюдно, и Крошина в сером строгом костюме не особо привлекала внимание к своей персоне. Мальчик сел за Лениной спиной, аккуратно отодвинув стул и не задев ее.
«Ну вот, – расстроилась Крошина. – Теперь я волей-неволей услышу все, о чем они будут говорить».
Она постаралась сосредоточиться на блинах, которые оказались действительно очень вкусными, но у Арининого сына был громкий голос, а потому их разговор был слышен отлично.
– Когда уже мы поедем на море? – спрашивал мальчик.
– Когда у тебя закончатся занятия в музыкальной школе.
– Еще две недели, – расстроенно протянул он. – Долго.
– Зато впереди у тебя два месяца отдыха.
– Это здорово. А мы корриду посмотрим?
– Вряд ли.
– Почему?
– Потому что это зрелище не для детей и не для слабонервных женщин.
«В Испанию собираются, – поняла Лена. – Интересно… Сорок дней после смерти супруга пройдут на испанском побережье».
– А ты к врачу пойдешь сегодня? – спросил тем временем мальчик.
– Нет, родной, сегодня не пойду. Завтра. А сегодня мы навестим бабушку, хочешь?
– Не очень. Она опять начнет называть меня сироткой.
– Гарик, в этом слове нет ничего обидного.
– Все равно противно. Папа умер – но он же в этом не виноват, он же не хотел, правда?
– Правда.
Ответ Арины прозвучал вроде бы ровно, но Лена услышала тщательно скрываемую от ребенка боль. Это было ей понятно – мать не хочет, чтобы сын страдал, но сама при этом тоскует.
Лена снова мысленно вернулась к рассказу Андрея о произошедшем в ресторане и поняла, что Паровозников прав – в деле явно что-то нечисто. Жена всегда попадает под подозрение, а в свете того, что муж Арины подавал иск на установление отцовства, у нее были основания отправить супруга головой на камни. Отцовство Долженкова оказалось неоспоримым, но осадок-то у женщины остался наверняка. За это, конечно, не убивают, но поди разбери…
«Надо, чтобы Андрей поговорил с моей матерью и запросил материалы по процессу.
Мне-то она ничего не скажет, а ему при наличии ордера отказать не сможет. Да и вообще – неплохо бы, чтобы Петр ее вызвал в качестве свидетеля, она ведь защищала Арину, должна знать какие-то подробности».
Лена вынула из сумки ежедневник и быстро набросала несколько вопросов, которые, по ее мнению, должен задать Петр ее матери и самой Арине.
