Кусок хлеба в хлебнице скоро ногами обзаведется – такой слой плесени, в холодильнике совершенно скисшее молоко, в кастрюле – какой-то бульон зацвел. Пыль на подоконниках, на цветах – нет, у нормальных хозяек так не бывает.
– Не бывает, – повторила Лена, глядя на календарь, укрепленный на стенке холодильника. – Хозяйка этой квартиры очень педантичный человек, вряд ли она стерпела бы пыль и плесень. А что соседи говорят?
Паровозников только рукой махнул:
– Да никакого толка от них, спасибо вообще, что заметили пропажу соседки.
Тут в прихожей раздался какой-то шум и звук борьбы, сопровождаемый громким женским визгом, и Андрей, оборвав себя на полуслове, ринулся туда, еле обогнув стоявшую в дверном проеме Лену. Через минуту он вволок в кухню разгневанную женщину лет шестидесяти в пестрых трикотажных брюках и свободной ярко-желтой майке. Женщина упиралась и вопила:
– Жулье! Как вы посмели двери взломать?!
– А вот вам сейчас участковый все объяснит, – довольно бесцеремонно усадив женщину на табуретку, сказал Андрей.
– И в другой раз подумайте, прежде чем кидаться на сотрудника полиции, за это можно и пятнадцать суток схлопотать.
В прихожей виднелся полицейский, зажимавший ладонью поцарапанную щеку, и Лена вспомнила, что у нее в сумке есть йод в карандаше:
– Вот, возьмите, – порывшись в сумке, она нашла карандаш и протянула полицейскому. – Сейчас жарко, может инфицироваться.
Парень поблагодарил и ушел в ванную.
Участковый попросил документы у незваной гостьи, и она, недовольно насупившись, полезла в сумку.
Перелистав ее паспорт, участковый поинтересовался:
– А на каком основании вы, гражданка Рябцова, пытались в квартиру войти? Вы прописаны совершенно в другом месте.
– Прописана в другом, а квартира моя. Я ее купила, – заявила женщина.
– И документы купли-продажи имеются? – вклинился Андрей, и она, повернувшись к оперативнику, с вызовом сказала:
– А то как же! Но с собой, понятно, нету – не таскать же их в сумке!
– Погодите, – вмешалась Лена.
– Когда была оформлена сделка?
– Так третьего дня я документы из регистрационной палаты забрала, а сделку оформили месяц назад.
– А куда жильцы из этой квартиры подевались? – видимо, с надеждой на то, что сейчас все выяснится и дело возбуждено не будет, спросил Паровозников.
– А я-то почем знаю? Со мной сделка была только на куплю-продажу, я деньги отдала, хозяин взял – и все.
– Хозяин? – удивилась Лена.
