– Галина Васильевна поднялась на веранду в тот момент, когда Сергей тебя ударил, в ее памяти сразу всплыли подобные сцены, но с участием его отца, и она, не осознавая, что делает, толкнула сына в грудь так, что он упал? Потом она велела тебе закричать и пошла вниз. Нет?
– Нет."
"– Арина, в тот вечер Галина Васильевна не должна была работать, она подменилась, так как от тебя узнала, что вы будете на вечеринке. Она хотела поговорить с сыном, но не успела – увидела, как он тебя ударил, и не совладала с эмоциями.
– Нет, – упрямо повторила Арина, наклонив голову. – Все было так, как рассказала я. Сергей действительно меня ударил, а я его толкнула. Галина Васильевна тут ни при чем.
– Ты стараешься сохранить Гарику бабушку? – тихо спросила Лена. – Может, ему лучше расти с матерью? А не нести на плечах такой груз, как родная мама, убившая папу?
– Какая разница! Сергей все равно уже мертв, все остальное неважно. Галина Васильевна будет его воспитывать, я подпишу все бумаги на опекунство. Денег им хватит, уедут в другой город, где их никто не знает.
А я отсижу и выйду. Мне будет еще не так много лет.
– Но ведь ты не делала этого.
– Делала! – закричала Долженкова, вскакивая. – Делала, понятно?! Это я его убила, я, только я!
На крик вбежали конвоиры и мгновенно увели Арину назад в камеру. Лена осталась одна. Она сидела за столом и невидящими глазами смотрела в стену.
«ДНК-тест, – думала она. – Вот это могло бы помочь. На одежде Сергея остались следы рук той, кто его толкнул. Но прокурор ни за что не даст санкцию на довольно дорогое исследование, когда в деле имеется чистосердечное признание.
Формально все закончено – есть убийца, дело можно передавать в суд. Но я буду чувствовать себя мерзко, отправив отбывать наказание не того человека. Но доказать ничего не могу. Очную ставку им устроить? Кстати, это мысль – можно договориться и отвезти Арину в больницу к свекрови. Проблематично, конечно, но другого выхода я не вижу. Ждать выписки Галины Васильевны у меня просто нет времени».
Лена тяжело поднялась из-за стола и пошла к выходу. В машине, собираясь перевести телефон из беззвучного режима, она увидела пять пропущенных от Павла.
«Что мне делать с этим? – думала она, тупо уставившись на дисплей. – Перезвоню – и он назначит свидание. Не перезвоню – приедет домой. Ощущаю себя как в ловушке. Что меня опять не устраивает?» Но перезванивать она все равно не стала.
К концу рабочего дня явился Андрей, злой, голодный и измотанный.
