– Это бы хорошо, но пока, увы, беспочвенно. Подождем, что Сашка нароет в больницах.
Оба умолкли, думая каждый о своем.
«Мы как два осколка от разных разбитых зеркал, сидим тут и заговариваем внутреннюю боль, чтобы не пытаться стать единым целым, потому что понимаем – вряд ли получится, – глядя на погрузившегося в мысли Андрея, размышляла Лена. – Говорим о работе, о версиях каких-то, но в головах-то у нас в принципе одно и то же – жизнь не сложилась. Ни у него, ни у меня. Может, наплевать на все и попробовать еще раз? Нам друг с другом легко.
Если бы… если бы только я смогла побороть желание влезать под кожу. Хотя… Ну, с кем еще меня объединяет общее дело? Мы постоянно сталкиваемся на работе… Ух ты, а ведь я, оказывается, все уже решила, даже сама не осознала, когда, – вдруг поняла она. – Я уже вернулась в прокуратуру, пусть пока только в мыслях, но ведь это и означает – решить. Надо же…»
Эта внезапно пришедшая мысль очень ее развеселила. В сущности, ничего другого делать она и не умела, а главное – не хотела, и опыт в адвокатуре еще раз доказал, что дело обстоит именно так.
– Слушай, Андрюшка, – начала Лена, хитро глядя на Паровозникова. – А что бы ты сказал, если бы увидел меня в моем старом кабинете?
– Не увидел бы.
– Почему это?
– Потому что там теперь ремонт. Тебе другой выделят, – совершенно спокойно ответил он.
– Ты даже не удивился, – укорила Лена.
– Чему? Тому, что ты перебесилась наконец? Рано или поздно это должно было произойти. Ну, вот и произошло. Когда заявление в кадры принесешь?
– Завтра после процесса заеду.
– Начальство радо будет.
– А ты?
– Ну, куда ж я денусь? Сможем обсуждать дела в кабинетике, а не на балконе.
– Скучный ты, – вздохнула Лена. – Я думала, ты обрадуешься.
– Мне попрыгать?
– Нет, лучше чаю сделай.
– Вот так всегда, – притворно вздохнул Андрей, направляясь в кухню.
Лена взяла со спинки кресла шаль и накинула на плечи – уже стемнело, и из распахнутых окон повеяло прохладой. Она чувствовала странное облегчение, словно высказанное вслух решение сняло с ее плеч невыносимый груз, который давил к земле и мешал дышать.
«У меня будет пара недель, которые я проведу в Москве. Смогу отдохнуть и настроиться на работу. Хотя я теперь совершенно уверена, что все делаю правильно. Наконец-то хоть что-то я делаю правильно».
Вернулся Андрей с двумя чашками, поставил одну перед Леной и уселся в кресло.
– Странное дело, Ленка. Я чувствую себя так, как будто никуда не уходил.
