На этот раз он не стал церемониться и, увидев ноги стоящего человека, выстрелил ему в мышцу голени, схватил за вторую ногу; дернул на себя и выбил из его руки пистолет. Латыша это не остудило, он продолжал сопротивляться, ударив Ринка по пострадавшей уже скуле, задев еще и губы.
«Да что ж вы такие шустрые? Не набегались, что ли, на погрузке?!»
Пришлось слегка «успокоить» и этого.
Вода поднялась уже выше двери, и Ринку пришлось нырнуть и проплыть в открытую створку, таща за собой Латыша.
Передав его в чьи-то руки, Ринк крикнул:
— Надо выбить болванку, чтобы закрылись двери!
Набрав воздуха, Дуб нырнул и попытался выбить упор. Выскочив на поверхность, он сообщил:
— Одному не вытащить! Надо немного отодвинуть створку!
Ринк кивнул, подозвал к себе еще двоих ребят и объяснил им задачу. Они нырнули.
Дуб с Ринком тянули болванку, а ребята навалились на дверь. Со второй попытки у них получилось. Дверь захлопнулась, и вода сразу начала спадать, уходя в открытые двери выхода.
Операция завершилась за несколько минут.
Выйдя из склада, они услышали такие родные разговоры — вокруг стояло сплошное телевизионное «пи-и», или, попросту говоря, добротный трехэтажный мат!
Площадка у склада, съезд к морю и залив были освещены прожекторами, установленными на подъехавших грузовиках. Маски никто не снимал, по имени друг друга не называли, пока не упаковали «клиентов» и не увезли.
К их группе подошел Битый. Они с Ринком обнялись, похлопывая друг друга по спинам.
— Увозите их, чего тянуть! — крикнул Антон оперативникам, стоящим на дороге.
«Клиентов» рассадили в две машины и увезли. Все с облегчением стянули с себя маски.
— Поехали к нам, выпьем! Сколько не виделись! — предложил Ринк.
— Нет, Ринк, к вам мы завтра вечером приедем, а сегодня будем с бумагами разбираться. Кстати, вам кое-что тоже писать придется! Но потом!
— Ну что ж, тогда боевые сто грамм!
Из машины принесли водку.
Разлили и, не говоря тостов, выпили. У каждой команды свои традиции, которые нельзя нарушать.
— Ни фига себе, командир! — присвистнул Дуб, рассматривая Ринка.
— Один пострадавший все-таки есть! — рассмеялся Битый. — Ну и рожа у тебя, Шарапов!
Рассмотреть себя Антону удалось только в машине — лоб рассечен, на скуле справа здоровенный синяк, под глазом расплывался еще один.
— В хорошей обуви ребята ходят! — подвел он итог осмотру.
