– Этот торг все равно не имеет смысла… Но что будет, если он не выстоит и минуты?
– Я отдам тебе его даром! – выпалил разгоряченный декурион.
Ланиста склонил голову в знак окончания переговоров и достал из складок плаща водяные часы, естественно, золотые. Умбра побежал к колодцу набрать в них воду.
Тиберий негромко сказал Антонию:
– Скорее всего, это не поможет, но я все равно желаю тебе удачи!
Кто-то нахлобучил на голову Антонию легионерский шлем, кто-то сунул в левую руку кавалерийский овальный щит, а в правую – полуметровую палку с поперечиной для защиты кисти.
Кто-то подтолкнул на несколько шагов вперед.
Гигант, с такой же палкой и прямоугольным щитом высотой в две трети его роста, занял позицию напротив.
Антоний припомнил бой возле акведука. Тогда все получалось как бы само собой: он видел противников, как они двигаются, где открываются для удара, когда нужно блокировать, когда – уворачиваться. Сейчас он совершенно не имел никакого представления о том, что нужно делать… Оставалось только положиться на импровизацию.
– Начинайте! – зычно крикнул ланиста и махнул рукой."
"Гигант взревел и побежал прямо на соперника, прикрываясь щитом. Антоний просто отошел в сторону, с которой был щит противника. Хаган по инерции чуть не пролетел мимо, но, надо отдать ему должное, успел отреагировать и, резко развернувшись на ходу через правое плечо, попытался нанести удар наотмашь. Но Антоний в последний момент пригнулся, и палка просвистела в сантиметре над шлемом. Он на секунду потерял противника из виду и, когда поднимал голову, получил мощный толчок, сразу выбивший из руки «меч» и отбросивший его самого на пару метров.
Опытный гладиатор продолжил вращение корпуса и ребром тяжелого щита смел его, как былинку. Антоний зарылся в песок лицом, шлем покатился дальше. Толпа разочарованно загудела, но испытуемый тут же вскочил на ноги. Удар был не настолько резким, чтобы отключить сознание, но правое плечо онемело совершенно. Гигант уже снова летел на него, поднимая клубы пыли. Антоний на этот раз ушел из зоны поражения, перекатившись по земле через руку со щитом.
На этот раз бешеный локомотив пронесся мимо, не нанеся урона.
Это повторилось еще несколько раз. Гигант бросался в атаку, желая добить противника и уложиться в минуту, Антоний, лишенный возможности двигать правой рукой, уворачивался, отпрыгивал и перекатывался, пару раз отразил удар палки щитом. Казалось, конца этой минуте не будет, но последняя капля, знаменующая собой ее окончание, все-таки упала.
