Вскоре Марк добрался до беседки с мозаичным полом, за которой лежала поросшая травами равнина с холмами и замками, но уже не реальная, а творение светоживописи или, возможно, голограмма какой-то местности на Куллате. Мозаика, украшавшая беседку, была шедевром из крохотных зернышек смальты, цветного камня и металлических нитей; ступить на нее казалось кощунством. Вероятно, изображался эпизод в неведомом мире, с которым велись торговые дела: три биоробота что-то предлагали зверообразным существам, покрытым густой буроватой шерстью, а на заднем плане торчал знакомый Марку аппарат, грузовой катер с межзвездного транспорта.
При виде этой картины ход его мыслей изменился – оставив тайны и загадки лоона эо, Марк решил, что стоит поразмышлять о сервах. Как Судью Справедливости, они его мало занимали, не причиняя сотой доли тех неприятностей, какими грозил конфликт с хапторами или кни’лина. Биороботы были сговорчивы, а споры, возникавшие между ними и таможенной службой Федерации, обычно касались предметов неясного назначения, ввоз которых считался опасным для здоровья людей – прежде всего здоровья психического.
В список Запретных Товаров[55] уже попали гипноглифы и Ткани Забвения, музыкальные шарики коум, ковры-светильники, эрца и прочие снадобья, но насчет тинтахских вин, статуэток Собеседников и Зеркал Преображения вопрос оставался открытым. Сервы настойчиво их предлагали, обращаясь иногда с просьбами об экспертизе, которую и назначал Судья.
Вернее, мог назначить, а мог отказать, но в последнем случае с ним в полемику не вступали, а покорялись его решению. Вот хапторы – те в семи случаях из десяти доводили конфликт до скандала.
Что до сервов, то они, безусловно, не являлись всего лишь роботами, и поводом к такому мнению была не только их близость к живым существам. В земном понимании робот, даже универсальный, замкнут в своей функциональной сфере; разумеется, он контактирует с людьми и другими искусственными интеллектами, но в отличие от человека у него нет тяги к общению.
Социологи утверждали, что именно эта потребность плюс половой инстинкт и заботы о юном поколении объединяют индивидуумов, формируя из них крупную общность – племя, народ, планетарную расу. Сервы были бесполыми и, в силу биологических причин, не могли иметь потомства, но их склонность к контактам с себе подобными не подлежала сомнению.
