После чего Асмолов торжественно объявил, что у него появились реальные возможности заявить о себе зарубежным эмигрантским организациям и попросить их помощи. Получил на это добро от соратников, что для наших перспективных планов было жизненно необходимо.
А у нас началась дотошная работа, весьма схожая с ревизией на складе, – понять, что есть в наличии, где излишки и недостачи. Предстояло выявить и учесть каждого «державника», а еще каждый инструмент террора и вредительства, типа складов оружия, взрывчатки, залежей подпольной подрывной литературы.
В итоге было установлено сто одиннадцать членов организации. Из них активное ядро составляли около полусотни человек.
Возникал закономерный вопрос, как такое осиное гнездо могло протянуть десять лет и успешно вербовать сторонников в нашей стране? Ларчик просто открывается. Тотальное всесилие органов – это миф. Ни одна тайная стража не способна залезть во все темные уголки общества, в каждую голову. При всей нашей оперативной технике, негласном аппарате, дотошных следственных подразделениях, хорошо законспирированная подпольная организация может существовать десятилетиями, да так и не попасть в поле нашего зрения.
Нет всевидящего ока и всезнающей головы. Есть мы, чекисты, которые, как обычные люди, часто ошибаются, порой оказываются далеко не на высоте…
Дело «Корона» пухло на глазах. Сводки наружного наблюдения. Агентурные записки. Списки фигурантов, их установочные данные, характеристики, сведения о связах, в том числе с государственными структурами.
И на просторном ватманском листе с каждым днем все больше расширялась схема организации.
Необходимо было выделить из списка фигурантов тех, кто представлял реальную опасность. А потом решать – аресты или ликвидации, как получится.
В моем кабинете, в табачном дыму по поводу судьбы «державников» шли горячие дебаты. Воронов стоял на крайней позиции:
– Зачем нам нужна этот организация вообще?
– Для грандиозного спектакля, – отвечал я.
– Мы что, артисты оригинального жанра? Да повязать их всех до единого! Оставить только имя организации и наших агентов там.
И от ее имени вести оперативную игру.
– Не пойдет, – возражал я вполне резонно. – Нам нужна реальная организация, а не ее деревянная имитация, которая не выдержит никакой проверки.
– Ну как знаешь… Как бы боком нам не вышло. Фактически сегодня мы с тобой руководим шпионским и террористическим подпольем.
Все же часть «державников» нам пришлось прихлопнуть.
