"
"Не доходя своей комнаты, останавливаюсь в паре шагов и меняю курс, иду в детскую. Забираю из кроватки спящего Феденьку, отношу к себе в кровать, ложусь рядом и вдыхаю родной и такой любимый запах своего сынишки. Сердце оттаивает.
На тумбочке вновь вибрирует телефон. Протягиваю руку и нахожу беспокоящий в ночи предмет, открываю новое сообщение от Хмельницкого.
“Спокойной ночи.”
– Сладких снов, Саш, – тихо шепчу. Поворачиваюсь на бок, обнимаю нашего сына и… засыпаю.
Глава 5. Саша Хмельницкий
– Сань, да иди ты уже, отдохни, – ко мне в очередной раз подходит Серега Карпов, сегодняшний дежурный реаниматолог.
Мы с ним уже не первый год работаем в одном отделе, за это время успели как поругаться, так и найти общий язык.
Сергей отличный специалист. В его квалификации и способностях я уверен на все сто, но даже при этом всем не могу оставить Степку на попечение Карпова. Слишком много случайностей может произойти, часть из которых способна закончиться фатально.
Поэтому несмотря на то, что должен отсыпаться после напряженных суток, я сейчас рядом с сыном Василисы.
Уйти и оставить малыша одного не могу.
Степка еще слишком тяжелый и меня не покидает неприятное ощущение, которое так и зудит в центре груди. А врачу свою интуицию нужно слушать, как никому другому.
Что-то мне подсказывает, я еще понадоблюсь мальчику.
– Все в порядке, – произношу на автомате. – Не переживай. Не впервой.
– А то я не в курсе, – отвечает, ухмыляясь, Серега.
Он, как никто другой знает, насколько трепетно я отношусь к своим маленьким пациентам.
Мне не раз приходилось оставаться на вторые сутки дежурства, это пошло у меня еще со времен, когда работал хирургом.
К сожалению, с операциями мне пришлось завязать.
– Ты давай, завязывай, – не отступает от своего. – У тебя скоро новая смена и если что, тебя никто не подстрахует.
Хочу отмахнуться, но понимаю, Карпов прав.
– Значит, нужно стабилизировать малыша и дать мне возможность спокойно восстановиться, – не отступаю от своего.
Сын Лисы для меня как родной.
Я буду чувствовать себя настоящим предателем, если оставлю его одного.
Пусть даже и под присмотром Карпова.
– Хмельницкий, ты неисправим, – говорит с усмешкой.
– Горбатого могила исправит, – подтверждаю его слова.
Поднимаюсь с кушетки, на которой лежал. Благо, она пока пустует и я могу на ней хоть немного отдохнуть. Смена выдалась не простой, а ситуация со Степкой так вообще выбила из колеи.
– Пойдем, чайку попьем, – предлагает. – А то совсем зачахнешь.
