Добравшись до хижины, друзья постучали в дверь. Хагрид откликнулся не сразу. Наконец дверь отворилась, на порог вышел бледный и дрожащий лесничий и огляделся вокруг в поисках гостя.
— Это мы, — чуть слышно произнёс Гарри, — под мантией-невидимкой. Впусти нас скорее, мы её снимем…
— Эх, не след бы вам приходить, — вздохнул великан, но всё же посторонился, и они оказались внутри. Хагрид тут же захлопнул дверь, и Гарри сбросил мантию.
Хагрид не рыдал, не бросился друзьям на шею, он просто выглядел совершенно потерянным, не знал, что делать, что говорить.
Смотреть на его беспомощность было во сто крат тяжелее, чем на потоки слёз.
— Может, это… чаю хотите? — предложил он, но его громадные ручищи дрожали, и он никак не мог совладать с чайником.
— А где Клювокрыл? — нерешительно спросила Гермиона.
— Я… я вывел его в огород, — пробормотал Хагрид. Наливая в кувшин молоко, он половину пролил на стол: — Привязал его… там, на тыквенной грядке. Пусть он… это… в общем… посмотрит на деревья, вдохнёт свежий воздух… перед тем, как…
Тут руки Хагрида затряслись так отчаянно, что кувшин выскользнул и осколки разлетелись по всему полу.
— Я сейчас всё уберу, Хагрид. — Гермиона бросилась наводить порядок.
— Там, в шкафу, ещё один есть. — Хагрид тяжело опустился на скамью, вытирая со лба рукавом пот.
Гарри взглянул на Рона, в ответном взгляде не было никакой надежды. Гарри сел рядом с Хагридом.
— Неужели никто ничего не может сделать? — Голос Гарри сорвался в крик. — А Дамблдор…
— Он пытался, — ответил Хагрид.
— Но против Комиссии нет… это… их ему не пересилить. Он сказал им: Клювик не взбесился, но их там застращал этот… как его… А этот палач… как его… Макнейр… они с Малфоем… старые дружки… Но вроде всё будет быстро… и сразу начисто… И я буду рядом…
Хагрид шумно сглотнул. Он обвёл взглядом хижину, как будто искал хотя бы лучик надежды или утешения.
— Дамблдор хочет сам прийти… ну, то есть присутствовать на этом… этой… прислал сегодня утром письмо. Говорит, хочет быть со мной… в это время… Великий человек…
Гермиона, которая всё ещё искала в шкафу другой кувшин, сдавленно всхлипнула.
— Мы тоже останемся с тобой, Хагрид, — заговорила она, вернувшись к столу с найденным кувшином.
— Нет, — затряс лесничий косматой головой. — Вы вернётесь в замок. Я же… это… сказал: не надо вам видеть. Чтобы и духу вашего не было, потому ежели… ну, Фадж и Дамблдор вас застукают, тем более без разрешения — это для Гарри совсем пропащее дело.
