Любовь хоть она и была наведённая, но боль от утраты он ощущает даже спустя месяц.
Он уселся прям на пол и вспомнил их первую встречу.
Неудачное перевоплощение. Такое бывает, когда отвлекаешься в этот момент. Вот и Рин отвлёкся, когда пролетал как раз над королевской лечебницей и видел, как их главный целитель, Якулус, за что-то отчитывает нового целителя, Аину. И Рин вместо того, чтобы пролететь ещё метров триста и там перевоплотиться, как, собственно, и планировал, решил прям тут возле них это сделать. Начал спускаться к ним.
До земли оставалось каких-то десять метров, когда он начал перевоплощение. Как раз пока до земли будет оставаться метра три, он станет человеком. Для человеческого тела это будет безопасно. Только вот когда процесс перевоплощения только начался, он увидел, как Якулус дал Аине пощёчину. Дракон тут же дёрнулся, и процесс перевоплощения произошёл слишком быстро. Для человеческого тела высота была слишком большой. В итоге он приземлился, конечно, на ноги, думал, удачно. Хотел было шагнуть к этому неадекватному целителю.
Как можно бить женщин? Но не смог сделать и шага, повалился на землю. Глянул на свою ногу.
«Сломал?»
Хотел уже было тогда магией Якулуса приложить, но не успел, к нему уже подбежала Аина и отправила в стазис. Очнулся он уже в комнате с белыми стенами. Поморщился, не любил он лечебницу.
«Что я вообще здесь делаю? По собственной воле я сюда бы точно не явился!»
Попытался встать, но скованная нога остановила его, да и подлетевшая Аина запричитала:
– Ваше Высочество, не нужно вставать! Потерпите ещё пару часов.
Нога уже почти зажила, нужно только постараться её не тревожить, и всё будет отлично.
Рин глянул на неё. Симпатичная.
В палату вошёл Якулус, Рин тут же напрягся, только главный целитель ничего не сказал, лишь улыбнулся так, будто что-то решил важное для себя, и вышел.
Аина.
Красивая, статная и даже милая, но всё же только на одну ночь. Большего он ей дать не мог. Драконы любят только истинных, а с остальными только удовлетворение потребностей.
Но одной ночи хватило, чтобы грезить ей постоянно. Дракон пытался вразумить его, но он думал только о ней. Рин убеждал дракона, чтобы тот открыл глаза и понял, что вот она, их истинная. Ведь он её уже безумно любит.
Хотя разве может любовь прийти только после одной ночи? Пришёл к ней без любви, а вышел уже полностью грезящий только о ней.
Сколько же ему ещё мучиться от этой наведённой любви? И не только он тоскует без неё, но и его грызёт чувство вины.
