А если их популяция каким-то образом восстанавливалась, то эти монстры вовсе не закончатся — пока я уничтожу первое поколение, на меня уже ринется следующее.
Поэтому, я несколько раз кряду ударил пламенем, обрушивая огненные волны по всем направлениям. Подход, предсказуемо сработал — пространство вокруг моментально заполнилось обугленными тушами из древесной плоти. Спутники обрушились на крупные цели, которых огонь не прикончил сразу, а я сконцентрировался на своих ощущениях.
На этот раз определить нужный вектор оказалось проще, чем в первый раз — несколько секунд и я уловил пульсацию печати Скопы.
Спустя мгновение Мьёльнир обвился вокруг запястья правой руки, Сандал взмыл в воздух, а я ринулся в необходимую сторону. Кольчуга была усилена на максимум, так что достать меня пробойные твари не могли. Зато были в состоянии затормозить, если окружат и навалятся всем скопом. Поэтому приходилось постоянно слегка корректировать угол движения. Сначала я мчался в одном направлении, собирая вокруг себя настоящее столпотворение монстров, а потом резко забирал немного левее, либо правее, прорубаясь через их строй и оставляя за спиной массу растерянных пробойных тварей.
Потом недолгое движение по относительно очищенному пространству и манёвр повторялся.
Всё это напоминало мой прорыв к Нептуну во время его болезни. Если быть более точным — отравления. Очередная шутка Локи, в тот раз полностью вышедшая из под контроля.
Правда, тогда я двигался через толщу воды, а на меня кидались разнообразные морские обитатели, пропитанные божественной силой и желающие любой ценой сожрать.
Впавший в горячечный сон и отравленный бог, это не самый лучший пациент.
Сейчас же вокруг был лес и монстры, созданные из древесной плоти. К тому же намного более слабые, чем светящиеся от божественной силы, морские гады. Но общая концепция оставалась такой же.
Сандал несколько раз спускался вниз, помогая расчищать путь в особенно сложных ситуациях, но основную массу времени ястреб проводил в небе, ведя разведку и передавая мне картинку происходящего сверху.
Пульсация печати Скопы становилась всё более отчётливой. Но вместо неё, на самом краю леса, за которым начинался энергетический барьер Пробоя, обнаружился ещё один портал.
А когда мне оставалось до него не больше пятисот метров, Сандал показал вываливающиеся оттуда фигуры. Один смертный. Второй. Ещё двое — целый тащит на себе раненного.
Даже на таком расстоянии я ощутил грязную ауру, которая покатилась по лесу.
