Мы не студенты, которых можно такими штуками запугать. Или озвучьте, кто вы такие, или убирайтесь за периметр проведения операции.
Я тоже накинул на себя полог невидимости и сформировал воздушную подушку под ногами. После чего вышел в пределы их зоны обзора. Совсем недавно я говорил Сандалу, что не хочу лишней крови и это было чистой правдой. Вместе с тем, я прекрасно понимал, что без смертей не обойтись. И скорее всего их будет немало. Но если вопрос уничтожения Хранителей или Чернокровых, равно как и тех, кто им служит, никакого отторжения у меня не вызывал, то тут ситуация была иной.
В конце концов, мало ли что наплели этой группе? Возможно они считали, что собираются убрать чрезвычайно опасную цель, у которой руки по локоть в крови невинных.
Мьёльнир обиженно цокнул языком и пропищал.
— Никакого уважения. И зачем я только сс-с-старался…
Офицер изумлённо хмыкнул. А через секунду выпрямился, как туго сжатая пружина, услышав мой голос.
— Так что за операция? Убить Василия Афеева? Третье отделение теперь занимается и такими вещами? Охотится на студентов?
Они меня не видели и потому нервничали.
Сложно оставаться спокойным, когда слышишь чужой голос где-то совсем поблизости, но не можешь зафиксировать цель. А использование силы показывает, что рядом нет никаких возмущений фона и всё чисто.
Первым от изумления оправился их командир. Пустил в дело плетение, которое сняло уже бесполезный полог невидимости и сделал шаг вперёд, настороженно скользя взглядом по окрестностям.
"
"— Кто вы и как нас обнаружили? Повторяю, это операция Третьего отделения и если вы…
Договорить, я ему само собой не позволил. Приблизившись ещё на метр, рявкнул.
— Я задал вопрос. Зачем вы здесь? А сейчас задам второй — хотите ли вы жить? Если да, то предлагаю развернуться и убраться отсюда. Обещаю, что преследовать вас не буду. Вернётесь к себе живыми. Попробуете напасть — умрёте.
Командир их группы ненадолго задумался. У меня даже появилась мысль, что сейчас получится наладить диалог, но вместо этого офицер сделал едва заметное движение пальцами и его бойцы разом выплеснули мощь боевых артефактов, одновременно нанося удары печатями.
Это было не слишком умно. Они не видели меня и не понимали, где я точно нахожусь. Лишь приблизительное направление. В таких условиях нельзя сконцентрироваться на цели. Всё, что возможно — распылить силу атаки, обрушив её на определённую площадь.
Тем не менее, свой выбор они сделали.
