Как будто никогда промокшего человека не видели! Лишь бы позубоскалить!
Пробегая студенческую гостиную, где собрались студентки и что-то обсуждали, периодически весело смеясь, порадовалась. Они даже бровью в мою сторону не повели, так были увлечены разговором."
"Слушать еще и от них высказывания о моем неподобающем виде я была не в силах.
Добравшись до комнаты, с облегчением захлопнула за собой дверь.
– Ты чего такая мокрая? – осмотрев меня с ног до головы, удивленно спросила соседка.
Действительно, чего это я?! За окном же солнышко вовсю светит…
– Дождь на улице, – хмуро ответила ей и принялась стягивать с себя мокрые вещи.
Сделать это было не так-то просто. Одежда не хотела покидать меня. И прежде чем снять хотя бы кофту, мне пришлось изрядно повозиться.
– А чего ты щит не накинула? – продолжила любопытствовать Милена, наблюдая за неравной борьбой одежды и человека.
– Нельзя магичить до утра. Целители запретили, – пропыхтела я, стянув наконец штаны, умудрившись при этом оставить на себе белье.
– Тогда ясно. Выпей сразу зелье от простуды, а то завтра сляжешь. Я оставлю его на столе, – порывшись в своих вещах, Милена вытащила большой бутылёк с зеленоватой микстурой и поставила на стол.
– Спасибо, – с благодарностью во взгляде сказала я соседке и, собрав мокрые вещи, понесла их ванную.
И только там задумалась: а на кой ляд я начала раздеваться в комнате? Надо было сразу в ванную топать.
Вот балда!
Кинув вещи в очистительный ящик, встала под горячие струи воды.
Как же хорошо… Блаженство просто.
Хорошенько промыв два раза свои длинные, завивающиеся на концах волосы, выключила воду.
Закутавшись в мягкий и, главное, теплый длинный халат, вышла в комнату.
Милена уже ушла к своему парню, и до утра ее можно было не ждать. Поэтому, выпив заботливо оставленную соседкой микстуру от простуды, легла спать.
По-хорошему волосам нужно было дать подсохнуть, но у меня не было сил ждать, а магию применять запретили. Так что пришлось оставить все как есть.
Завтра буду мучиться, прочесывая их.
Глава 2
– Гхм… так-так… Неплохо, студентка Рикс, – внимательно разглядывая мое творение, проговорил магистр Ихмар.
Магистр был уже в возрасте, виски его серебрились, а мелкая россыпь морщин глубоко поселилась на лице. Но, несмотря на свой далеко не юный возраст, магистр Ихмар имел очень приятный и звонкий голос, больше подходящий для молодого мужчины.
Студенты всегда в начале знакомства с магистром удивлялись этому несоответствию.
