— Это моя подруга, Валя, — представил я девушку, подойдя к своим.
Та немного растерялась, но со всеми поздоровалась.
— Я думала, мы будем вдвоём, — шепнула она мне на ухо.
И я увидел, как покосилась на это Громова.
— Да ладно, — ответил я. — Вместе веселее.
Тем временем, свет погас. На сцену в полной темноте вышел гитарист и заиграл первые ноты тяжёлой, скрученной, словно пружина, мелодии. Одинокий луч прожектора выхватил его из мрака. Тени от быстрых пальцев бегали по грифу. Тыщ-тыщ, — мощно отозвались барабаны на очередной пассаж.
Следующий луч выхватил и ударника. Сразу за ним басиста.
Когда же зазвучали слова первой песни перед сценой заструились фонтаны огня. Пока еле-еле, только разогревая публику. Но уже послышались первые выкрики:
— Та-ран! Та-ран!
— Бахнем немного для расслабона? — прокричал Кропоткин мне в ухо, показывая фляжку.
Я плохо понял слова и куда лучше жест, предлагающий выпить.
— Только чуть-чуть, — я показал пальцами. — И Карине не наливать! — теперь уже я сжал ладонь в кулак.
Ни слова не говоря, Федя показал ладони, мол, и не собирался.
Если на приёме только он смотрел на мою сестру, то этим вечером они прожигали дырки друг на друге. Обязательно надо будет с ним переговорить на эту тему. И с сестрой. Стрибог быстроходный, да что я ей смогу рассказать? Что-то о правильном предохранении? Вот уж не знаю.
Я взял у Кропоткина фляжку и отхлебнул глоток. Меня сразу же прогрело изнутри, а трудные мысли отпустили. Я обязательно обо всём этом подумаю, но позже.
А сейчас мы собрались тут, чтобы отлично развлечься.
Началась новая композиция, которая, казалось, пыталась раскачать на волне басов.
Олег присел на одно колено, и я сначала подумал, что ему, может быть, плохо. Но нет, он прикоснулся к полу и распрямился. А затем… Ритм правил нами не только из колонок, но и с танцпола. Всё вокруг стало ритмом. Само сердце, казалось, стало биться в унисон с композицией.
Никогда я такого не испытывал, поэтому полностью отдался моменту, растворяясь в музыке.
Дыша ею.
Наверное, единственное, что продолжало меня тревожить, это то, как Валя смотрела на Катерину. Что-то недоброе было в её взгляде. Ладно, с этой-то я обязательно поговорю после концерта. Тут-то я не смогу найти необходимые слова.
Закончилась очередная песня, и я хотел пойти передохнуть в нашу вип-комнату. Но тут следующей композицией объявили медляк, попробуй тут уйди.
Почувствовав руку на своём плече, я обернулся и увидел Громову.
