В дверях кабинета стояла крепкая энергичная женщина лет семидесяти с пылающим взором неравнодушного человека. Все в этой женщине было какое-то квадратное — квадратное лицо, квадратные плечи, квадратный подбородок, массивный квадратный бюст выдавался вперед, как выдвинутый ящик комода.
Врач вздохнула.
— С чем вы сегодня пожаловали, Эльвира Степановна? Что вас теперь беспокоит?
Квадратная женщина притушила блеск глаз, сменив его страдальческим выражением, проследовала к столу, села, тяжело заскрипев стулом, и только после этого проговорила:
— Сердце.
— Что же не так с вашим сердцем? — осведомилась врач, надевая на руку пациентки манжету тонометра.
— Все не так! Оно то стучит, то не стучит. Когда на левом боку, стучит, а когда на правом — совсем не стучит…
— Сто двадцать на восемьдесят… как у спортсмена… — Врач сняла манжету, начала прослушивать пациентку. — Дышите… задержите дыхание… отлично! А как ваша печень?
— Какая печень?
— Ну та, на которую вы прошлый раз жаловались.
— Не помню… у меня сердце!
— Вам, Эльвира Степановна, позавидовать можно.
Такое сердце не у каждого даже в молодости бывает! С таким сердцем, как у вас, Эльвира Степановна, в космос лететь можно! Или в международных соревнованиях участвовать.
Пациентка поджала губы и недовольно проговорила:
— А почему же оно то стучит, а то не стучит? Если на левом боку, стучит…
— А вы на правый повернитесь.
— А оно тогда совсем не стучит!
— Но это же хорошо!
— Как — хорошо?! А вдруг оно совсем остановится?
— Ну, попейте витамины.
— Витамины? — оживилась пациентка. — Какие витамины?
— Любые, какие вам больше нравятся. И запишитесь к невропатологу. Может, он вам что-нибудь посоветует.
— Я уже записалась, — мрачно ответила Эльвира Степановна, направляясь к выходу. — Может быть, хоть от невропатолога больше пользы будет!
Покинув кабинет участкового врача, она поднялась на третий этаж, где принимал невропатолог. Перед дверью кабинета, как обычно, скопилась очередь.
— У кого на шестнадцать? — привычно осведомилась Эльвира Степановна.
— У меня, — ответил мужчина в полосатом пиджаке.
Так себе мужчина — неприметный, неказистый, на взгляд Эльвиры Степановны, молодой, всего лет сорока, но уже с отчетливо намечающейся лысиной. Но, впрочем, разве приличного мужчину встретишь в участковой поликлинике?
— Значит, я за вами, — привычно проговорила Эльвира.
— Знаете что, дама, я вас вперед пропущу, — неожиданно предложил мужчина.
— Что это вдруг? — удивилась Эльвира Степановна.
