В 1768 году он беспощадно и быстро расправился с польскими повстанцами, стал генералом и был послан на только что начавшуюся Русско-турецкую войну. И сразу же одержал две блестящие победы: под Козлуджи и Туртукаем. Тут он получил рану и славу удачливого полководца. Когда внезапным ударом он захватил турецкую крепость Туртукай, то послал своему командиру Салтыкову доклад: «Ваше сиятельство, мы победили. Слава Богу, слава вам». Потом в легенде этот рапорт было переделан в двустишье:
Слава Богу! Слава Вам!Туртукай я взял и там!Смеяться под огнемА потом пришли и другие победы, одна славнее другой: Фокшаны, Рымник, Кинбурн, Измаил, знаменитый Италийский поход против французов и беспримерный переход через Альпы.
В чем же секрет военного гения Суворова? Почему до сих пор никто в России не смог сравниться с ним по величине военного таланта? Он считал, что основа военного успеха — смелость, решительность. Он развивал в подчиненных чувство превосходства, нравственной силы — матери бесстрашия: «Сикурс (помощь.
— Е. А.), опасность и прочие вообразительные в мнениях слова служат бабам, кои боятся с печи слезть, чтобы ноги не переломить». В сражении под Фокшанами австрийцы — союзники Суворова — были поражены, когда в самый ответственный момент боя суворовские солдаты вдруг дружно чему-то засмеялись. Этот хохот под огнем врага показался австрийцам смехом из ада, а на самом деле он говорил о воспитанном Суворовым у русских солдат самообладании.
Суворов считал, что самый верный способ приучить человека смело смотреть опасности в глаза — это не пережидать ее, а идти ей навстречу.
Поэтому такое внимание он уделял наступлению, непрерывным маршам, особенно ночью. Даже теперь трудно представить, как могли его солдаты проходить в день по восемьдесят верст! «Это еще ничего, — шутил Суворов, — римляне двигались шибче, прочтите Цезаря.»
Победить или умереть!Суворов был сторонником штыковой атаки. И дело не в несовершенстве тогдашнего стрелкового оружия, просто он хорошо изучил своего солдата. Склонность русского человека к рукопашной всегда была инстинктивной, она заложена в национальном характере.
Шапку оземь! Раззудись, рука, пропадай все пропадом! Этот порыв удальства Суворов уснастил воинскими навыками, превратил в орудие победы. Поражает простота принципов, заложенных в суворовской системе. Он считал, что в бою многосложность действий забывается, порождает нерешительность, робость. Больше своего главного маневра рядовому знать не нужно и даже вредно.
