Народ внешне смирно воспринял весть о кончине императора якобы от «геморроидальных колик», но не поверил этому, решил, что власть его обманывает. И эта глубинная, тайная народная мысль стала той основой, на которой возник феномен Пугачева. Да к тому же, по мнению народа, налицо была явная несправедливость: родного внука Петра Великого свергла немка, баба, хотя у нее, как известно, «волос долог, а ум короток»! Надо сказать, что Пугачев был не первым самозванцем.
Самозванчество, или, как писали в старину, «воровство имени государева», было довольно распространено на Руси. На такое смертельно опасное дело решались люди сумасшедшие, отчаянные, авантюристы, которым терять было нечего. После смерти Петра III появилось более десятка лже-Петров. Простые люди, легковерные и доверчивые, жившие в мире слухов и сказок, верили рассказам всяких перехожих калик и странников — главных разносчиков слухов о чудесном спасении государя.
"
"Пугачев был авантюристом, яркой личностью. Смелый и волевой, он был при этом умным и хитрым человеком. Он добился успеха потому, что нашел общий язык с яицкими казаками, недовольными властью. Они его поддержали, видя в нем вожака, который в случае неудачи возьмет всю вину на себя. Начало мятежа было ошеломляюще успешным. Слабые гарнизоны, состоявшие из инвалидов (вспомним «Капитанскую дочку»), сдавались сразу.
Как по высохшей степи, огонь восстания пошел низом по всему Заволжью. Народ со всех сторон стекался к «государю», и он всех жаловал «волей, землей и бородой», то есть «старой верой». Пиком успехов Пугачева стало взятие Казани. Всюду пугачевцы громили дворянские усадьбы, пытали и убивали помещиков, их жен и детей. Шел разнузданный грабеж. Не избежали разорения и православные церкви. Русский бунт, действительно бессмысленный и беспощадный, охватил огромную часть страны.
Из Петербурга Екатерина с тревогой следила за происходящим на востоке империи. Положение властей было трудным — в это время шла война с Турцией, войска и боевых генералов отзывать с фронта было невозможно. Летом 1774 года Екатерина даже опасалась, что Пугачев может двинуться на Москву. Ее не успокаивали бодрые рапорты генерал-губернатора старой столицы.
