— Прекрати жрать, у нас тут работа! — сказал, как отрезал Лавров, и подозрительно зашуршал в кармане, когда уселся обратно на кресло, пока Вадик собирался с мыслями, вспоминая свой литературный опус, которым жаждал покорить юное девичье сердце.
— Это у тебя что, кириешки? — повела носом Наташа и прищурилась."
"Гордей перестал шуршать, повернув к ней голову. Щеки парня вздулись точно у хомяка, а сам он только головой покачал. Даже взгляд попытался сделать возмущенный, когда Наташа прищурилась и с подозрением наклонилась к нему, пытаясь разглядеть в темноте тщательно скрываемую блестящую пачку.
В воздухе запахло салями, а сам купидон мысленно проклял производителей, пихающих в банальные сухарики столько ароматизаторов, что голодная Тараканова их на расстоянии учуяла.
— Неф, фто фы, — пробубнил невнятно Гордей, чувствуя, как размягчился хлеб от его слюны, принимаясь медленно его пережевывать, так чтобы ничего не поняла его девушка.
— А ну отдай еду, стрелочник, я, когда голодная, себя не контролирую, — мрачно пригрозила Тараканова, потянувшись руками к пачке, парню пришлось даже руку отвести в сторону, игнорируя происходящее на экране и предпоследнем ряду. И совершенно зря, если бы они не бились за кириешки, глядишь, заметили бы, как пара поднялась, покидая зал. Точнее первой его покинула девушка, а затем уже нервный парнишка, истошно кричащий ее имя.
Правда, крик потонул в вопле растерзанных жертв с экрана.
— Ты себя все время не контролируешь, вот даже сейчас меня домогаешься, что за варварские привычки, Тараканова? — притворно возмутился Гордей, отклоняясь назад, пока Наташа пыталась отобрать у него пачку, — ты знаешь, как это называется? Харрасмент! Домогательства на рабочем месте, — Гордей перебрался на следующее кресло, пока героиня в кадре добивала хищного карася лопатой.
— Я тебя сейчас отхаррасментирую, если немедленно не поделишься! Я полдня потратила на подготовку к конкурсу, в который меня втянули к слову по твоей вине, а теперь еще полдня вынуждена нянчить твоего подопечного! Кстати, почему мальчик? У меня вообще одни девочки, мне обещали новых авторов любовных романов, — Наташа фыркнула, приземляясь на следующее кресло, на что Гордей с интересом замер, чуть наклонившись к ней.
