— Смотри не променяй меня на свою невесту, — усмехнулась Наташа, запуская пальцы в густые светлые волосы, невольно вдыхая аромат, исходящий от него, запоминая каждую черточку лица. Плевать, что там написано и говорят, она уж точно его не забудет. Никогда.
— Да ну, ты что, куда я от тебя дуры-то денусь.
— Поговори мне тут, жертва любви голубя и человека.
— Чего это голубя? — обиженно спросил, отодвинув голову.
— Да ты крылья свои унылые видел? Это же дешевая подделка с Чистильщпресса.
— Опять начинаешь? Хватит издеваться над моими крыльями, нам их выдали! Реквизит, чтоб ты понимала.
— Поэтому вы теперь, как ангелы. Которые в детстве много болели? — ехидно поинтересовалась Наташа, услышав в ответ недовольное сопение, — ну все, все, голубочек, чего надулся. Сейчас лопнешь.
— Ой, все. Не люблю тебя.
— Ага, конечно. Так мы идем или нет?
— А последний поцелуй на прощание перед долгим расставанием?
— Опоздаем же, Харьков не простит.
— Бог простит, остальное уже вторично!
Рlutôt-plutôt* — Скорее-скорее (фр.)
Mon ami* — мой друг (фр.)
Глава 10 — Света в конце тоннельного просвета
— Тю, чего так долго? Я прям, весь постареть успел на полтора часа, пока сюда шли. И что за кислые лица? Эй, Сказочная фея, а где твоя волшебная палочка?
Наташка повернулась к озадаченному Лаврову, и мрачно потянула замогильным голосом:
— Можно я ему врежу? Будет ему Бибиди Бобиди Бум и все такое, — она вновь повернулась к сидящему на круглом камне Харькову, еще пару минут назад смотрящего в свой ангелфон и с кем-то переписывающемся.
Устроив ногу на ногу, парень закатил глаза, фыркнув недовольно:"
"— Шуток уже не понимаешь, нельзя так с благодетелем своим. Неа, Дёмочка делает, ради вас на преступления пошел. Вот благодарность. Помогай после такого людям. Нет, ни за что.
— Врежь или дай я, а то сейчас не заткнется.
Язык как помело, я его знаю, — уверенно заявил Гордей.
— Поэтому я не люблю людей, — тоскливо и чрезмерно драматично простонал Демьян, прикладывая ладонь к голове, изображая обморок на камне посреди обильной растительности сада. Вокруг стояла непривычная тишина, вся канцелярия сейчас находилась на конкурсе, который Наташа Тараканова пропускала. Наверняка ее уже с собаками искал Жюль, возможно Ипполина Матвиенко тоже.
