А ты на его уловки поддался. Дурак.
Довольная собой она торжественно взглянула на парня, но когда поняла, что ее слова не возымели никакого эффекта, озадаченно наклонила голову, спросив:
— Гордей? Ты слышал?
Он-то слышал. Все до единого слова. Вот только не удивился. Потому что Харьков уже успел сообщить ему о своих знаменитых корнях со стороны отца.
— Слышал, — равнодушно ответил, отвернувшись, — и знаю. Но я заключил контракт. Теперь нет никакой разницы кто его отец, кто он сам. Важно то, что Демьян должен сделать по условиям и какую цену мне за это придется заплатить.
— Где-то в груди снова заныло от осознания собственной беспечности. Однако, если бы судьба предоставила второй шанс, Гордей бы вновь решился подписать контракт, несмотря на то, что это грозило расставанием с Наташей.
«Ты ее не вспомнишь. Совсем. И ваше время вместе растает словно дым»
Он обещал ей, что всегда найдет. Но можно ли найти того, кого ты никогда не знал? В момент, когда Гордей ступит вновь на твердую землю, его жизнь обнулится с момента кончины — это то, о чем предупреждали.
Условие же поставленное Демьяном вовсе странное: изменить судьбы людей и свою собственную. Вот и как это понимать вообще? Если даже не знал, чьи жизни надо менять, а главное даже не запомнит этого.
— Контракты заключать он научился, а прямо говорить нет?
Тело замерло по струнке от раздавшегося голоса. Даже Лера втянула голову в плечи, пятясь назад, пока Тараканова медленно приближалась к нему.
Если бы Гордей не чувствовал себя вмерзшим в пол, обязательно бы развернулся. Дабы посмотреть ей в глаза. Убедится, что он еще может найти там ответные чувства, потому что слышала Наташка если не все, то, как минимум половину из сказанного. А значит, ничего хорошего его не ждет.
— Ну, вы тут как-нибудь сами разбирайтесь, — бросила Лера испуганно, но марку держала. Надменно приподняла подбородок, скользнув в сторону лестницы, — пока!
Вот вам и влюбленная по самые уши.
— Я сильно влип? — не узнал собственный хриплый голос, дождавшись, пока Тараканова подойдет ближе.
Сердце гулко стучало, перекрывая звук собственного голоса, а пальцы чуть дрогнули, когда Наташка медленно обошла его. Такая красивая, невероятно просто. И далекая. Холодный взгляд голубых глаз окатил воистину царским презрением, отчего даже стало не по себе. Точнее сказать, Гордей ощутил себя последним мудаком на планете, обманувшим доверие любимой женщины.
