Бред полнейший!
И мужчина сам это знал, потому что не устанавливал жестких ограничений в сексуальных отношениях оборотней. С девушкой было лишь запрещено связываться до наступления брачного возраста, а вот заниматься с ней сексом по обоюдному согласию по достижении 17 лет никто не запрещал. Чем и пользовались молодые парочки, которые желали экспериментов.
Но если бы Эрнест узнал, что кто-то посмел притронуться к его Ариане, он бы свернул шею гаденышу собственными руками. Перед его глазами каждый раз появлялась красная пелена ярости, стоило мужчине только представить эту картину.
Пока Ари не связалась с другим оборотнем, она принадлежала только ему. Эрнест, конечно, обладал правом сделать девушку своей любовницей, но не мог так унизить любимую женщину. Ее бы сторонились, презирали. Ариана бы навсегда потеряла уважение членов стаи.
Кем он будет, если заставит ее пройти через это?
– Почему ты молчишь?
Вырвал его из размышлений дрожащий женский голос. Обратив внимание на Эларию, мужчина коротко покачал головой.
– Не будем продолжать этот разговор.
– Почему? – Возмутилась она, подскакивая с места.
Эрнест бросил на женщину предупреждающий взгляд, прежде чем пройти к столу и занять свое место.
– Я не сделаю тебя своей парой, Элария. Ты с самого начала знала об этом, так что не начинай разговор, который ни к чему не приведет.
– Потому что я вдова? – Обиженно спросила она.
Потому что в моем сердце живет другая женщина.
– Если ты закончила, покинь кабинет, – холодно сказал он, переводя взгляд на лежащие на столе бумаги.
Женщина еще некоторое время в ожидании сверлила Альфу глазами, прежде чем встать и молча выйти из кабинета. Как только за Эларией закрылась дверь, мужчина шумно выдохнул, потирая рукой колючий подбородок. Ему до жути хотелось напиться, чтобы получить хоть минутное расслабление. Забыть о том, что его жизнь постепенно превращается в сумасшедший бег по краю обрыва. Одно неверное движение, и он сорвется вниз, утягивая за собой Ариану.
*********
Как только Ба вернулась домой, я вышла ей навстречу, преподнося клубничный пирог в знак извинения.
Она натянуто улыбнулась, погладила меня по щеке и ушла в свою комнату.
Осторожно постучав в дверь, я тихо спросила:
– Можно войти?
Когда ответа не последовало, я поняла, что Василина хотела остаться одна. Закрывшись в спальне, я ждала наступления ночи, чтобы тайно выбраться из домаи наведаться в гости к Эрнесту. Что он такого сказал ей? Эта мысль не давала мне покоя.
