— Думай, что говоришь! Но вообще-то… — Он выпрямился. — Я хотел только, чтобы мы с тобой отправились в одно место.
— Я ничего такого себе не позволил… — вновь заканючил парень.
— Не волнуйся… Камеры предварительного заключения в Сент-Леонарде и без тебя полны под завязку.
— Так куда же мы едем?
— Хочу доставить тебе удовольствие. — Ребус мотнул головой в сторону «сааба». — Я сейчас подрулю к тротуару, а ты встанешь и будешь меня ждать. Понял? И не дай тебе бог вытащить мобильник!
— Я ничего такого себе не позво…
— Это я уже слышал, — прервал его Ребус, — а сейчас вот позволишь.
И будет это что-то приятное. Обещаю.
Ребус поднял средний палец, а потом отступил к своей машине. Злыдня Боб послушно припарковался сзади, тихий как овечка, и ждал, пока Ребус, сев на пассажирское место, не велел ему трогать.
— Куда поедем-то?
— В Джабсхолл! — бросил Ребус, тыча пальцем вперед.
22
Первый акт они пропустили, но билеты на второй ждали их в кассе театра «Траверс».
Публика состояла из родителей с детьми, автобуса пенсионеров и толпы одинаково одетых в голубые свитера подростков, участников по меньшей мере одной школьной экскурсии.
Ребус и Боб сели в задний ряд.
— Это не кукольное представление, — объяснил Бобу Ребус, — но это тоже очень хороший спектакль.
Свет уже гас — начинался второй акт. Ребус знал, что в детстве он, конечно, читал «Ветер в ивах», но сюжета не помнил. Но Бобу это было все равно. Опасливость его улетучилась, как только софиты осветили декорации и на сцене появились актеры.
К началу второго акта Джабса заключили в темницу.
— И наверняка по сфабрикованному делу, — прошептал Ребус, но Боб его не слушал: вместе с детьми он кричал и топал ногами, а в решающий момент, когда Джабс вместе с друзьями обращает в бегство злых Ласок, он вскочил на ноги и завопил, выражая тем свой восторг и поддержку. Он покосился на спокойно сидевшего Ребуса, и лицо его осветилось широченной улыбкой.
— Видишь? Все, как я и сказал, — заметил Ребус, когда в зале зажегся свет и дети потянулись к выходу, — не совсем кукольная комедия, но в чем тут суть, ты уловил.
— И все это только из-за того, что я сказал тогда на допросе? — С окончанием спектакля к Бобу стала возвращаться его недоверчивость.
— Ну, может, еще и оттого, что я не считаю тебя прирожденной Лаской.
В фойе Боб остановился, глядя по сторонам, — казалось, ему не хочется уходить из театра.
— Ты всегда можешь прийти сюда опять, — сказал Ребус. — Для этого не надо особого повода.
