Жаль только, что в одиночку придется ужинать…
Ролан усмехнулся, представив, что к нему вдруг по щучьему велению попала Аврора. Он смог бы накормить ее и обогреть с мороза, на фоне заснеженной тайги теплый фургон показался бы раем. В шалаше… Но не более того. Тесно в кунге, условия спартанские, телевизора нет. Мороженое мясо, сушеные грибы, вяленая рыба; есть крупы, можно готовить супы и каши. Но для женщины, привыкшей к роскоши, это непосильный труд. Аврора взвыла бы от сермяжной жизни на вторые сутки. А может, и на первые.
Ведь не нужен ей Ролан, как не нужен и рай в его шалаше.
Любит он Аврору, но лучше бы она здесь не появлялась.
Тихонов содрал зубами с шампура первый кусок мяса, когда вдруг услышал в отдалении шорох. Вскочив на ноги, он увидел стоящего между деревьев волка. Темнота еще только сгущалась, но его глаза уже горели холодным магическим огнем. Жестокий зверь, возможно, потусторонней природы.
А сзади к одному волку, тихонько ступая по снежному насту, подходили другие. Звери рассредоточивались по кругу.
Жутковатое зрелище, не для слабонервных.
Волков привлек запах забитого животного, а сейчас их воображение будоражил запах жаренного на костре мяса. Ролан мог бы поделиться с ними своей добычей, но он понимал, что делать этого никак нельзя. Волк ничем не лучше человека, он запросто может сесть на шею. С волками нужно вести себя как с отморозками, которые признают только силу.
Ролан мог бы остаться в срубе – какая-никакая, а защита. Тем более что волкам трудно бежать по снегу, и атака их не будет стремительной.
Пока они приблизятся к нему по открытой местности, он успеет перестрелять их, как в тире. Но Ролан перепрыгнул через низкую стенку, вскинул автомат и неторопливо, но решительно направился к волкам. Пусть знают, что человек их не боится. Пусть убегают, если им страшно.
Но волки и не думали уходить. Более того, их вожак, матерый зверь с горящими глазами, молча кинулся на него. Движения мощные, пугающе выверенные, в них таилась убийственная энергия, устрашающе-завораживающая сила.
Не зря нападение волков приравнивается к психической атаке.
Даже у опытного охотника может дрогнуть рука, когда волк стрелой несется на него. Но Ролан справился со своим страхом, уверенно навел на зверя ствол автомата и плавно нажал на спусковой крючок. И еще он помнил, что с патронами у него туго, их нужно беречь…"
"Пуля попала зверю между глаз. Теперь Ролан оказался в роли атакующего, а волки стали жертвами психологического воздействия.
