Я невесело рассмеялся.
— Понять? Конечно. Почему нет. А ты понимаешь, почему я так зол, что едва соображаю? Понимаешь, почему один ваш вид делает меня счастливым и несчастным одновременно? До того, что я не знаю, обнять вас или надрать ваши гребаные задницы.
Келли опустил голову.
— Конечно, нет. Потому что вы выбрали путь наименьшего сопротивления. Все, о чем вы могли думать, все, о чем он мог думать, — это месть. А не последствия нашего пребывания здесь. Не о том, как справиться с горем от потери стаи.
От потери своего чертового Альфы. И поскольку новый Альфа принял решение, с которым вы все единогласно согласились, мы были вынуждены довольствоваться тем, что у нас осталось. Так что, да. Здесь есть кровь. Моя кровь. И кровь вашей матери. И Марка. И каждого человека из моей стаи. Потому что они истекали здесь кровью. Ради меня. Ради вас. И ради него.
Картер остановился, сжав руки в кулаки, его плечи были напряжены. Он слышал каждое слово.
— Мы пытались, — начал Келли прерывающимся голосом.
— Мы хотели… просто. И дня не проходило, чтобы мы этого не делали, Окс. Ясно? Чтобы мы не вспоминали о тебе. Чтобы не желали оказаться дома с тобой. И мамой. И Марком. Я знаю, ты потерял свою мать, Окс. А мы потеряли своего отца, но когда… мы… Уехать от вас оказалось труднее всего в жизни. Думаешь, мы не горевали? Еще как. Мы горевали по отцу. По нашему Альфе. Но это не шло ни в какое сравнение с тем, как мы горевали, оставляя вас всех здесь.
— Вам следовало вернуться домой.
— Следовало.
— И вам не следовало обрывать с нами связь.
Келли вытер глаза.
— Да. Я знаю. Но я также знаю, почему мы это сделали. Гордо… он… эм… Он боролся до последнего. Говорил, что это глупо. Что ты… ты не поймешь. Но для нас. Для волков. Все обстояло иначе. Потому что тогда мы все были связаны узами с тобой, Окс, понимаешь? И это было больно. Очень больно. И мы не могли сделать то, что должны были, оставаясь привязанными к тебе. Видя твои слова на экране его телефона.
Читая…
— Оно того стоило?
Келли посмотрел в окно на брата.
— В какие-то дни, полагаю, да. В другие — нет. Про большую часть времени не знаю, что и сказать. Потому что понятия не имею, как мы теперь вписываемся сюда. Ты ведь тоже чувствуешь это, правда?
Он открыл дверцу и вышел из машины.
Я наблюдал за ними через окно.
Келли подошел и встал рядом с братом, плечо к плечу.
Картер выглядел напряженным. Они оба так выглядели.
