Что из всего этого на небылицу меньше похоже?"
"Народ задумался. Как-то происходившее не рассматривали они с этой стороны. Ну, случилось и случилось. Ну, разведчики-розмыслы, ну, подсылы-доглядчики, суровые княжьи будни. Но вот о том, что слишком уж их много за краткое время оказалось, думал, видимо, один Всеслав. И радости от этого не испытывал никакой. Потому что точно знал по своей и моей памяти, что когда страны и властители не могут договориться миром, по-соседски или хотя бы по-человечески, начинают гибнуть живые люди.
Помногу. Да, здесь не было автоматического оружия, ковровых бомбардировок и систем залпового огня. И даже взрывчатки не было. Ну, почти. Но и народу жило в разы меньше. И изводить их, живых, русских, в угоду тайным планам всякой сволочи в планы великого князя не входило совершенно.
Открылась дверь, и в комнату вошли в сопровождении Гната и Вара, вежливо поклонившись, Алис и тот неприметно-мутный тип. Только выглядел он теперь совершенно по-другому.
Прямая спина и другая посадка головы делали из блёклого менестреля совсем иного человека. Знавшего себе цену, и немалую, умного и ощутимо опасного. На нём была какая-то невиданная рубаха с длинными рукавами, кажется, шёлковая, на ней что-то похожее на длинную жилетку, подбитую мехом, вроде беличьего или лисьего. А на груди висела тяжёлая и явно золотая цепь с медальоном. И перстни на пальцах теперь уже совершенно не выбивались из образа: дворянин, из знатных и родовитых, тех, что восседали на подушках возле королевского престола вполне заслуженно и привычно.
Вот тебе и пригласили клоунов с улицы…
— Барон Роже де Мортемер, дама Алис Мондидье, — представил бродячих артистов Рысь, проходя на привычное место за плечом Всеслава. Брови патриарха взлетели ввысь, у волхва же наоборот мгновенно сошлись над переносицей.
Пока я пытался разобраться в небогатых познаниях князя о франкских властителях и аристократах того времени, барон помог певице разместиться на лавке и устроился рядом.
Вновь прибывшие подняли кубки, у Алис он был чуть побольше. Отец-настоятель не останавливался ни в медицине, ни в фармакопее, ни в самогоноварении, и не так давно порадовал лёгкой настоечкой, где чувствовался анис, бузина, малина и ещё какие-то травы. По мне так вполне себе приличный вермут получился у святого отца. У баб он, по крайней мере, мгновенно приобрёл небывалую популярность. Напиток, не монах, само собой.
