Но никто ему так и не позвонил. Даже билеты на концерт Лу Рида его не очень отяготили, так как Джин настояла на том, чтобы отдать ему половину их стоимости, и к тому же приготовила ему отличный завтрак.
— Смотрите скорее — Улыбающийся Полицейский!.. — крикнула Шивон, сидевшая в дальнем углу зала рядом с Мозом из Большого Дома, и Ребус сообразил, что улыбается во весь рот. Поднявшись, он подошел к ней.
— Беру свои слова обратно!.. — быстро сказала Шивон и подняла руки, словно загораживаясь от него.
— Привет, Мозг! — кивнул Ребус.
— Его фамилия Моз, — поправила Шивон. — И вообще, он предпочитает, чтобы его звали Эриком.
Ребус пропустил замечание мимо ушей.
— Что это вы затеяли?… — проговорил он, разглядывая стол Шивон, заставленный компьютерами и модемами, между которыми змеились спутанные провода. Здесь были два ноутбука и две обычных «персоналки» — одна из них принадлежала Шивон, вторая — Филиппе Бальфур.
— Не полиция, а просто какой-то космический корабль «Энтерпрайз», — добавил он.
— Мы просто хотели… — начала Шивон, но Ребус покачал головой.
— Технические подробности не для меня. Скажи лучше, что нам известно о жизни Филиппы в Лондоне? О ее детстве?
Шивон задумчиво наморщила нос.
— Почти ничего. А что?
— Ее бойфренд утверждает, что ей снились кошмары, в которых фигурировал лондонский особняк Бальфуров. Она якобы бегала по лестницам, а ее преследовало что-то ужасное…
— Ты уверен, что речь шла именно о лондонском доме?
— Нет. А о каком другом доме могла идти речь?
Шивон пожала плечами.
— Вспомни «Можжевельники». Лично у меня от этого милого домика просто мурашки по спине бегают! Ржавые рыцарские доспехи, пыльные бильярдные комнаты… Каково было бедняжке расти в такой обстановке?
— Дэвид Костелло сказал — ей снился именно дом в Лондоне.
— Может быть, обычный трансфер? — предположил Моз. Ребус и Шивон уставились на него, и он смущенно опустил взгляд. — Извините, случайно вырвалось…
— Значит, ты считаешь — на самом деле Филиппу пугала именно старая усадьба? — задумчиво произнес Ребус.
— Давай пустим блюдечко по столу и спросим у нее самой, — сказала Шивон и поморщилась, почувствовав, что шутка не прозвучала. — Извини, бестактно вышло.
— Ничего, я слыхал и похуже, — отвечал Ребус. И это было правдой. Один из констеблей, помогавший устанавливать полицейский кордон вокруг места преступления, сказал приятелю: «Готов спорить, на такие дивиденды банкирская дочка не рассчитывала».
