— Так вот, сэр, я этого не делал, — сказал Дэвид Костелло.
— Чего именно? — не понял Ребус.
— Не убивал ее.
— Никто и не говорит, что ты убил…
— Не говорит?… — Молодой человек снова поднял голову и посмотрел Ребусу в глаза.
— Нет, — уверил его Ребус. В конце концов, успокаивать подозреваемых было частью его работы.
— Но ордер на обыск… — начал Костелло.
— В таких делах это обычная процедура, — объяснил Ребус. И еще: в случае исчезновения при подозрительных обстоятельствах полиция обязана проверить все места, где мог находиться пропавший.
Все по инструкции: бумажка к бумажке, документ к документу. Первым делом обыскивается квартира дружка. Мы поступаем так потому, мог бы добавить Ребус, что в девяти случаях из десяти виновен кто-то из окружения жертвы. Не посторонний, который вдруг выскакивает из темноты, чтобы убить, нет!.. Убивает супруг или супруга, любовник или любовница, сын или дочь. Убивает родной дядя, ближайший друг, словом, тот, кому жертва полностью доверяет. Причина… Ты изменил, тебе изменили, ты что-то узнал или чем-то владел, тебя приревновали, ты кого-то обидел и так далее.
Наконец, кому-то могли срочно понадобиться деньги, а у тебя они, на беду, имелись…
Если Филиппа Бальфур погибла, ее тело будет найдено, скорее всего, в ближайшие дни. Если же она жива и по каким-то причинам не хочет, чтобы ее нашли, задача будет намного сложнее. «Убитый горем банкир» уже выступил по телевидению, умоляя дочь подать о себе весточку. В настоящий момент полицейская оперативная группа находилась в загородной усадьбе Бальфуров на тот случай, если позвонит похититель с требованием выкупа.
Еще одна группа, в надежде отыскать возможный след, прочесывала квартиру Дэвида Костелло на Кенонгет. И третья группа была здесь — в квартире самой Филиппы. Она сторожила Дэвида Костелло, чтобы его не взяла в оборот вездесущая пресса. Так объяснили ситуацию молодому человеку, и отчасти это было правдой.
Квартиру Флип обыскали накануне. У Костелло оказался полный комплект ключей, и он даже знал, как вырубать сигнализацию.
Трист позвонил ему домой в десять часов того злополучного вечера. Он интересовался, куда подевалась Флип. Сам он знал только то, что она отправилась к «Шапиро», но в баре так и не появилась.
«Разве она не с тобой?» — спросил Трист.
«Теперь она ко мне и на пушечный выстрел не подойдет», — пожаловался Костелло.
«Да, я слышал — вы опять полаялись. Из-за чего на этот раз?…» — Язык у Триста заплетался, но в голосе слышалось легкое злорадство.
