Эллен собиралась было огрызнуться, но вместо этого наградила Девлина ледяной улыбкой и, протиснувшись между двумя стульями, кивком попрощалась со всеми сразу и исчезла.
— Нет, что-то все же их объединяет, — тихо, словно обращаясь к самому себе, произнес Ребус. — Я не могу сказать — что, но что-то общее в этих случаях, безусловно, есть…
— Упрямство до добра не доводит, как говорят наши заокеанские кузены, — сказал Девлин. — Иными словами, если человек зацикливается на каком-то деле, это может причинить вред не только ему, но и самому делу.
Ребус попытался изобразить на лице такую же улыбку, какой совсем недавно удостоила Девлина Эллен Уайли.
— Ваша очередь платить за выпивку, профессор, — сказал он.
Старый профессор посмотрел на часы и покачал головой.
— Боюсь, что мне тоже пора… — Он с видимым трудом поднялся из-за стола. — Быть может, одна из этих юных леди согласится подбросить старика?
— Кажется, мне это будет по дороге, — отозвалась Шивон после непродолжительного раздумья.
Ребус заметил взгляд, который она бросила на Джин, и испытал значительное облегчение; Шивон вовсе не кидала его, как он поначалу подумал, — она просто не хотела ему мешать.
— Но прежде чем уйти, я бы выпила, — добавила Шивон.
— В другой раз, — ответил Ребус и подмигнул. Пока Девлин и Шивон не удалились, он и Джин молчали. Ребус как раз собирался заговорить, когда, шаркая ногами по линолеуму, вернулся профессор.
— Насколько я могу судить, я исчерпал свою полезность в качестве эксперта? — спросил он, и Ребус кивнул.
— В таком случае мне бы хотелось, чтобы все документы были отправлены туда, откуда они к нам попали. Для меня это, можно сказать, дело чести, профессиональной чести.
— Я прослежу, чтобы сержант Уайли занялась этим в первую очередь, — пообещал Ребус.
— Буду весьма обязан. — Дональд Девлин церемонно поклонился и повернулся к Джин. — Было приятно с вами познакомиться, мисс.
— Мне тоже.
— Надеюсь, вы не откажетесь показать мне вашу экспозицию, если я когда-нибудь загляну в ваш музей?
— С удовольствием, профессор.
Девлин снова поклонился и, развернувшись, пошел к лестнице.
— Надеюсь, он не заглянет, — пробормотала Джин, когда он исчез из вида.
— Почему? — поинтересовался Ребус.
— У меня от него просто мороз по коже.
Ребус оглянулся через плечо, словно еще один взгляд на старого патологоанатома мог помочь ему разобраться, в чем дело.
— Я уже слышал нечто подобное, — сказал он, снова поворачиваясь к Джин. — Но не беспокойся — со мной тебе ничто не грозит.
