— Мои?… — Ребус постучал карандашом по костяшкам пальцев. — По-моему, сегодня мне удалось извлечь квадратный корень из абсолютной пустоты. — Он бросил карандаш. — Именно поэтому я намерен поставить вам обоим по кружечке пива.
— Я вижу, ты сегодня уже пил.
Ребус прищурился.
— Да, выпил немного. Сегодня похоронили одного моего старого друга, и я собираюсь устроить по нему свои личные поминки. Если кто-то из вас захочет ко мне присоединиться, я буду только рад.
— Мне нужно домой, — сказала Шивон.
— Я тоже не…
— Да брось, Грант.
Тебе это пойдет на пользу.
Грант украдкой посмотрел на Шивон, словно спрашивал совета или, может быть, разрешения.
— Что ж, разве только немножко… — проговорил он.
— Вот и молодец, — одобрил Ребус. — Опрокинем по стаканчику и разбежимся.
Пока Грант цедил первую кружку пива, Ребус успел выпить две, плюс еще две двойных порции виски. Когда же молодой детектив на секунду отвлекся, то обнаружил, что Ребус снова наполнил его кружку.
— Но послушайте, сэр… мне же еще домой ехать! — слабо возразил он.
— Черт побери, Грант, от тебя только это и слышно! — пожаловался Ребус. — Можно подумать, ты других слов не знаешь.
— Извините, сэр.
— Вот-вот… — Ребус кивнул с таким видом, словно сбылись самые худшие его опасения. — Это и еще «извините, сэр». Полчаса назад ты пытался поцеловать Шивон… так зачем же извиняться?
— Я сам не понимаю, как это случилось.
— И не пытайся понять… Поверь, это совершенно ни к чему.
— Возможно, все дело в… — Гранта прервал глухой сигнал мобильника.
— Ваш или мой?… — спросил он, запуская руку в карман пиджака, но Ребус уже достал свой аппарат и, кивнув в знак того, что скоро вернется, поспешил к выходу.
— Алло?… — сказал Ребус, прижимая к уху аппарат.
Снаружи сгущались прохладные сумерки. По улице медленно катились такси, их водители высматривали потенциальных клиентов. Какая-то женщина, запнувшись о вывороченную плитку мостовой, выронила пакет, из которого высыпались и раскатились в разные стороны ярко-оранжевые апельсины.
Бритый наголо юноша в кожаной куртке и с серьгой в носу бросился их подбирать. Обычная любезность, и все же Ребус продолжал пристально смотреть на парня, пока он — просто на всякий случай — не поспешил убраться восвояси.
— Джон?… Это Джин. Ты на работе?
— Веду наружное наблюдение, — сообщил Ребус самым серьезным тоном.
— Ох, извини, пожалуйста. Я перезвоню…
— Все в порядке, Джин, я пошутил. На самом деле мы просто зашли в бар с одним… приятелем.
