Я и только я виновата в том, что произошло. Это я страдала временным слабоумием и пустила эту мразь в свою постель. Просто расслабилась. Понимаешь? Привыкла всех жестко отгонять, а тут решила, что пора и мне завести семью. Надеялась, что я, как и все… созрела. И тут этот добрый, услужливый и влюбленный мужичок. Повелась. Дура! В общем, я его уже утром послала, но он пришел и прогнал тебя. Знаешь, я даже не поверила, что он, вечно спокойный и добренький, мог сделать что-то против моего желания. Считала его подкаблучником, которым можно управлять.
А когда приехала ты с дочкой, и Алина заболела, поняла, что Арсений не тот, за кого себя выдает. Дерьмо, если быть честной. А я лохушка, что повелась.
– Зин…
– Оль, я была в шоке, что он так поступил, и мне хотелось немедленно разобраться. Извини, что грубо говорила с тобой по телефону. Ты же знаешь меня… Не могу я держать в себе, когда из меня прет. Даже не помню, что тебе говорила, так как была уже в своих мыслях, ругаясь со своими бешеными тараканами.
Да уж… я такая. Поэтому сорвалась домой, по пути купила новый замок и вызвала мастера. Подъехали мы одновременно. Слесарь принялся за работу, ну а я пошла выкидывать альфонса, вечно обиженного и страдающего."
"Зинаида говорила и курила, пока не остался бычок. Она кинула его на асфальт и затушила обувью. Посмотрела на дождь, начавшийся с новой силой, и, поежившись, продолжила:
– Представь, романтический ужин мне приготовил. Не успела зайти, как цветы в руки впихнул. Ну а я… заехала ему этим веником по морде, и сказала, что не меняю своих решений.
Приказала собираться и убираться прочь. Не помню, что он там кричал. Взяла телефон и дала ему полчаса на сборы, пока мастер возился с дверью, чтобы он забрал свои манатки и убрался из моей квартиры. В противном случае пригрозила, что вызову полицию.
Ольга изумленно смотрела на подругу, спокойно повествующую о таких событиях в своей жизни, и не могла сказать ни слова.
– Кстати, он даже трепался, что ты сама ушла и все теперь будет хорошо, за что я вновь заехала розами ему по морде.
А потом он наконец-то ушел, обещая, что просто так не сдаться, а я спокойно скинула его ужин в пакет и швырнула в мусорку. Урод.
– Ты… не боишься, что он… – переживая, предположила Оля.
– Да чтобы я боялась какого-то хорька. Не забывай, что я как-никак – спортсменка, и ему далеко до меня. Ребра сломаю, что даже ухнуть не успеет.
– Зин, извини…
– Да, Ольга, в чем ты извиняешься?! Я благодарна тебе. Даже очень.
