– Таких профессионалов, как я, очень мало, несмотря на то, что молодой специалист…
Ольга остановила машинку и проговорила:
– Я поняла вас, Вероника Константиновна. Очень хорошо, что с Викторией занимаетесь вы, но с Алиной я сама. У меня нет лишних средств на оплату, поэтому прошу понять.
– Могу предложить вам сшить мне платье, если вы, конечно, нормально шьете. Только учтите, я буду требовательна в своих запросах, чтобы оно было идеальным, как люблю.
– Нет. Спасибо. У меня свои заказы, с которыми еле-еле справляюсь, и к тому же я рассчитываю на всю сумму.
Благодарю за предложение, – спокойно проговорила Оля, меняя нитки, не желая смотреть на недовольное лицо девушки. Она чувствовала, что гувернантка сейчас зла, совсем не ожидая такого ответа от нее.
Вероника нахмурилась и прошлась взад и вперед по комнате, гневно посматривая по сторонам. Повернулась к женщине и, натянуто улыбнувшись, со вздохом сказала:
– Что же… пусть будет мне уроком за мою доброту. Что поделать, не могу отказать Олегу Константиновичу.
Буду заниматься на добровольной основе с вашей дочерью.
Ольга промолчала, понимая, что девушка недоговорила. Она видела злость в глазах Ветковой и поражалась наглому поведению. Замечая, что Вероника не двигается, ожидая от нее ответа, лишь пожала плечами и тут же услышала:
– Раз так, то прошу никому не говорить о нашем разговоре, чтобы Сторхов не решил, что я чем-то недовольна. Просто я стараюсь сразу объяснить всю степень своей значимости…
Латрова нахмурилась, но кивнула и, наблюдая, что девушка подбирает нужные слова, поспешно сообщила:
– Конечно, я ничего не скажу, даже если бы не попросили.
Гувернантка улыбнулась и, придирчиво взглянув на свой строгий брючный костюм, любезно сказала:
– Эмм… очень рада была с вами познакомиться. Если возникнут вопросы, всегда рада помочь.
– Я тоже. Спасибо.
Как только Вероника скрылась за дверью, Ольга с облегчением выдохнула. Не любила она таких особ, но старалась не конфликтовать, считая, что этим делу не поможешь.
Была уверена только в том, что, если человека не трогать и не обращать внимания на его нападки, в конце концов, обидчику это надоест и он перестанет. Так обычно и выходило. Только лишь один человек составлял исключение, на доброту и ласку реагировавший лютой ненавистью, стараясь обидеть и оскорбить. Ее свекровь.
В целом Латрова была счастлива, что оказалась здесь после всего случившегося. Хотя, может, она и ошибается, и все не так хорошо, как кажется.
