Мне не впервой быть с кем-то в душе, но это… Задыхаюсь, а член все-таки встал.
— Мм… — женушка во все глаза смотрит на него.
— Ему бы тоже помыться, — с напряжением хмыкаю.
И шутка выходит боком мне же самому. Потому что мыльная ладошка ложится на ствол.
— С-с-с! — вылетает из меня хрип.
Жена одергивает руку. Таращится на меня.
— Больно?
— Нет… малышка.
— Может… Ты тогда сам?
Ухмыляюсь.
— Сам я делал это много раз за последние месяцы. Может, все-таки ты?
Прикусывает губу. Подавленной или уставшей не выглядит.
Скорее, любопытной.
Ей не помешает ближе познакомиться с моим членом, чтобы так не трепетать при виде его. Да и не думаю, что процесс затянется…
Мира снова опускает на него руку. Гладит вверх, вниз. Толком не сжимая. А вот я стискиваю зубы.
Жена больше не пугается. Наоборот воспринимает как поощрение. Заключает член в кольцо пальчиков, хватается крепче у ствола. А по мере того, как ведет вверх, к чувствительной головке, у меня под веками взрываются искры. Опираюсь спиной на плитку, запрокидываю голову назад.
Закрываю глаза и сиплю.
Большим пальцем Мира скользит по кончику члена. Круг, еще один. Мне хочется вспомнить и Бога, и чёрта.
— Да, малышка… Еще, — просьба, вернее — мольба.
Женская рука принимается упруго ласкать меня уже без остановок. Вниз, оглаживая мошонку. Вверх — даря чуть больше нежности. Снова с силой сжимает ствол… Мира чувствует меня, как будто не в первый раз это делает. А у меня обостряются чувства, потому что ласкает именно она.
— Дьявол… да.
Да!
Ни с кем я не кончал так эмоционально. Надеюсь, она не заявит, что она все-таки хочет развода. Потому что все фонды мира не заставят меня ее отпустить.
Но пока жена о разводе не говорит. И вообще о чем-либо. Только смотрит во все глаза, как мой член фонтанирует белым. Она уже стоит ближе к выходу из кабинки.
— Ты ему понравилась, — хрипло усмехаюсь.
Снова включаю воду и теперь ополаскиваюсь сам. Выхожу. Мира уже завернулась в большое светлое полотенце и ушла в спальню. Повязываю свое на бедрах и догоняю ее.
Жена сидит на краешке кровати.
— Все хорошо? — подхожу к ней.
— Ты теперь всегда будешь спрашивать? — смотрит исподлобья.
— Сколько потребуется.
— Все нормально.
— Иди сюда.
Беру ее за руку и тяну лечь на постель прямо так, в полотенцах. Укладываю ее голову у себя на груди, глажу по волосам.
— Олег… Почему ты… предложил развод?
Она может слышать, что мое сердце забилось сильнее.
— Давай поговорим утром?..
Малышка зевает.
— Ладно.
