Надеть решаю укороченные брючки пудрово-розового цвета и белую блузку, такие мне идут. Ведь ужин вроде как у своих и надевать платье от люксового бренда нужды нет. А классическая одежда у меня есть и не слишком старая, в чем-то надо ходить в универ.
Валерия начинает обсуждать эту мою одежду прямо с порога. Как только отец уходит из прихожей назад в гостиную.
— Мир, перед юбилеем папы нам нужно будет сходить по магазинам! Жену Шульгина не должны видеть в сетевых брендах! Это удар по его репутации. Ну вот что это?
Она щиплет двумя пальцами мою блузку с круглым вырезом и оборкой.
— Сегодня только вы меня увидите, — хмурюсь."
"— А Олег?! Он должен понимать, что ты не дешевка!
В голосе Леры сочувствие. А мне смешно. Я должна изображать что-то перед Шульгиным? Да он все про меня знает!
Ну, кроме некоторых тайных мыслей… Но шмотки-то он может видеть сам.
— Все в порядке, Лер, — сильнее морщу лоб.
На мачехе сегодня платье, в отличие от меня. Изумрудно-зеленое, с длинными рукавами. Сверху как рубашка, с запахом.
Низ — довольно широкая юбка до колен. Дополняют образ лаковые черные лодочки на шпильке.
Лера уделяет своей внешности какое-то безумное количество времени. Спортзал, массажи, косметология. Чуть ли не каждый день мотается на укладку и макияж к стилистам.
Результат есть… И лет ей не так много, в этом году будет тридцать шесть. Но от ее образа так и веет какой-то искусственностью.
Ну или просто у нас не совпадает вкус.
— Мира, берись за ум, пока не поздно! — шипит. — Ладно, идем.
Гостиная, да и вся квартира у папы и Леры в бело-серых тонах. Минимализм, но не скандинавский, а скорее ультрамодный. Четкие линии мебели, люстра серебристый металлик. Квартира двухуровневая, черная лестница ведет наверх.
Папа сидит на одном из серых диванов и смотрит в телефон. В отличие от жены, он не фанат спорта, и приличное пузико перевешивается поверх брендового ремня. Папа в белой рубашке и серых брюках.
— Миш, ну что там пишут про рестораны Олега?
Лера как будто искренне встревожена.
— Да живы все, нормально. Че он так развел канитель, я не знаю, — папа говорит с пренебрежением.
— Его теперь будут проверять. Плюс он сотрудников проверяет, — пытаюсь объяснить и сажусь на диван.
— И ты веришь, глупая? — уточняет папа беззлобно.
А я не знаю, что сказать. Отвечаю фразой Олега.
— В смысле?
Папа усмехается. У него такой же, как у меня, глубокий взгляд. Только еще больше лисий. Нос тонкий у меня тоже от него. А вот мои губы мамины, пухлые.
