— Ты еще обязательно встретишь ту самую женщину, — обещаю ему. — Ты прекрасный человек и достоин самого лучшего.
За разговорами о работе и питерском климате проходит не меньше часа. Мама присылает мне фотографию спящего Женьки и спрашивает, когда я вернусь. Я отвечаю, что скоро и собираюсь вызвать такси, однако Данил безапелляционно заявляет, что отвезет меня сам.
— Спасибо тебе большое, — благодарю я, когда мы останавливаемся прямо под окнами моих апартаментов. — И за ужин, и за то, что подвез.
— Мне было приятно, — отвечает Данил и его лицо вдруг стремительно начинает ко мне приближаться.
— Что ты делаешь? — растерявшись бормочу я, упираясь ладонями ему в грудь.
— Один поцелуй, — жарко шепчет он, впиваясь в меня губами.
Замычав, я пытаюсь вывернуться из его рук, но Данил будто этого не замечает. Его руки крепко сжимают мою талию, рот настойчиво пытается раздвинуть мой. Меня охватывает паника. Зачем он так? Мы ведь все обсудили.
— Руки прочь от нее! — гневно звучит совсем рядом.
Я перестаю испытывать удушье, потому что Данил больше не пытается меня целовать.
Но я вовсе не испытываю от этого облегчения, а паника во мне только множится. Хочется трясти головой и повторять: нет-нет-нет. Прямо передо мной разъяренный Алексей держит Данила за ворот рубашки.
— Это не то, что ты подумал… — лепечу я онемевшими губами. — Клянусь…
— Ты что себе позволяешь?! — возмущенно рявкает Данил, пытаясь вырваться из Лешиных рук, которые в следующую секунду брезгливо швыряют его на землю.
Из глаз катятся слезы.
Я будто нахожусь в дурном сне. Все повторяется. Снова. Все повторяется.
— Леша, мы встретились для разговора… Я рассказала Данилу о нас…"
"Вот зачем, зачем я уехала в Питер? Если Алексей мне не поверит, я не знаю, как смогу заново собрать по частям… Я ведь только начала верить, что у нас может получиться. Что мы найдем путь друг к другу… А Женя? Он ведь называет Лешу «папой»… Нет, пожалуйста, нет!
Алексей присаживается на корточки и заносит кулак над стонущим Данилом.
Но когда их моего рта вырывается истеричное всхлипывание, вздрагивает и смотрит на меня.
— Варя… — его голос глухой и охрипший.
Опустив руку, он быстро поднимается и за секунду оказывается рядом.
— Девочка моя… — он гладит меня по лицу и быстро покрывает поцелуями щеки. — Хорошая моя. Я верю, верю тебе. Знаю, что ты не могла. А я вот дома не смог усидеть. Взял билет на самолет и к вам сорвался.
