Но одна мысль о том, что у нас со Скалаевым могло что-то быть… превращает меня снова в невинную студентку, у которой он украл первый поцелуй.
Глава 16
За завтраком Саяра больше не поднимает эту тему, чему я в тайне радуюсь. Пусть лучше думает, что я была на свидании, чем узнает, что я провела вечер с Маратом. За годы нашего знакомства она не раз задавала мне деликатные вопросы об отце Тимура, но я всегда ограничивалась кратким “Он не знал о моей беременности и так будет лучше для всех.”
На это она обычно поджимала губы и хмурилась, так что, уверена, заочно она считала Скалаева врагом народа номер один.
Тот еще должен мне спасибо сказать, что я не раскрыла ей его личность, иначе она бы наверняка смастерила куклу вуду с его лицом и измывалась бы над ней в свое удовольствие. Хотя… может, все-таки сказать ей? Немного увечий Скалаеву точно не помешает.
Я прекрасно понимаю, что расспросы соседки вызваны не праздным любопытством. Она за меня переживает как за родную дочь. Уверена, что если бы моя мама была жива, она бы вела себя точно также.
Вот только материнскую заботу я помню лишь урывками и сейчас вдвойне ценю отношения с Саярой.
Однако, стоит мальчишкам убежать в гостиную, она снова предлагает:
— Может, хоть на дачу его отпустишь с нами? Дня на три хотя бы?
— Решила провести побольше времени со своим Потапычем перед отъездом? — улыбаюсь я.
— Да ну тебя, — отмахивается она и густо краснеет.
Когда Айсен только купил дачу в подмосковье, Саяра часто ездила туда с мальчиками на выходные.
Я тогда работала и по воскресеньям, поэтому приезжала к ним только вечером и утром в понедельник мы все вместе возвращались в город. Там она и познакомилась с дедом Потапычем, как его называли мальчишки. Не знаю чем он заслужил любовь Костаса, но уверена, что сердце моего сына он покорил именно своим именем. Тимур тогда заставлял меня круглосуточно читать ему сказку о трех медведях и своего плюшевого мишку назвал в честь старшего Михайло Потаповича. Он с ним долго не расставался, каждую ночь укладывал на соседнюю подушку и везде таскал за собой.
Поначалу мне казалось, что такая любовь обусловлена отсутствием фигуры отца в его жизни и я была уверена, что игрушка — это его способ заменить отсутствующего папу. Корила себя при этом ужасно. Но спустя несколько месяцев мишку сменила пожарная машина, затем погрузчик, а в прошлом месяце в фаворитах, кажется, был вертолет.
Но любовь к соседу по даче у него осталась.
