Действительно, было шумно, людно, много пьяных, потому как многие здесь имели привычку совмещать несовместимое, то есть начинать с виски, «полировать» пивом, потом сверху на это лить что-то еще – не самая удачная идея на самом деле.
Еще много играли, понятное дело. Даже не потому, что все такие уж азартные, а скорее из-за того, что привычных развлечений здесь немного. С пивасиком у телевизора не посидишь, бейсбол не посмотришь, кино тоже не наблюдается, жизнь как в девятнадцатом веке. А читая классику про те времена, сразу вспоминаешь, что те же карточные игры были стандартным развлечением для светских приемов – кому мазурку выкаблучивать, а кому и вист раскидывать по зеленому столу.
Так вот и здесь, половина столов в салуне под карты пошла, а в дальнем углу еще и рулетку крутят, и кости гремят. Ну а выигрывает, понятное дело, всегда «Дом». Потому что он выигрывает всегда.
Затем в зале появилось как-то сразу много бордельных таек, напоминающих своим присутствием посетителям о том, что деньги можно тратить не только на напитки.
В сторону двери, ведущей в бордель, наметился некий трафик клиентов, на маленькой сцене в углу материализовались музыканты, вполне добротно игравшие что-то в стиле «блюграсс». Опять возникло ощущение того, что заманили на съемки фильма, разве что азиатские физиономии девиц немного выбивались из картины. А снимают вестерн, разумеется.
А затем я познакомился с Джоком.
Нет, так я его и раньше видел и знал, кто он такой – бывший профессиональный рестлер, а до этого – профессиональный, опять же, защитник в американском футболе, какой-то из команд Национальной лиги, за что-то угодивший сюда и теперь устроившийся любовником к Сули – хозяйке борделя.
Рослый, покрытый татуировками, похожий на викинга блондин с длинными волосами и кудрявой бородой, весом, наверное, под полтора центнера – он еще и отъелся малость. Он был шумным, наглым, почти всегда пьяным, с чего и чем жил – не в курсе, лично я ни разу не видел, чтобы он был занят хоть каким-то делом.
Иногда он помогал выкидывать пьяных из борделя и салуна, пару раз сам спровоцировал драку и довольно серьезно, до увечий, кого-то помял.
А вот в этот вечер судьба свела нас ближе. Этой самой судьбе было угодно, чтобы я оказался как раз напротив выхода из борделя в салун именно тогда, когда Джок, с перекошенным от злости красным лицом, распахнул дверь и, словно электричка из туннеля, вылетел в зал."
"Наверное, я бы успел отскочить быстро, если бы захотел.
