Чего все же карта? Что у меня есть? Карта и тот самый Шнобель, который то ли жив, то ли нет. То есть карта именно что есть, а вот Шнобель может быть где-то существует. Если его Пэт Браун не привалил за карту. И Шнобель ездил в Доусон.
Дуть в Доусон? Или все же плюнуть на это дело и не лезть под молотки? Да поздно уже плевать, врагов-то успел нажить в погоне за этим золотом, так надо тогда хотя бы само золото найти, что ли. В утешение.
Лес по этой стороне реки был довольно буреломным, так что шел я небыстро и в конце концов все же прижался к берегу, где идти стало проще.
Правда, повысилась и вероятность засады, как раз так бы я на месте охотника и думал: «Вот пойдет он лесом, а там бурелом, медленно получится. Хочет не хочет, а к реке он выйдет, решит, что в безопасности. Тут я его и…» Мысль некомфортная, но какая-то реальная. И все равно в лес не свернул, так и топал берегом. Им с той стороны тоже так просто сюда не переправиться – надо сперва меня обогнать, а это берегом. А если даже обогнал, то где потом лодки брать? А на весельной меня уже вряд ли догонишь, как мне кажется.
Дальше со стороны реки пойменные долинки такие попадаться начали, с зарослями какого-то то ли камыша, то ли рогоза рядом с водой. Скорее все же рогоз, но не такой, каким я его с детства помню, тут все чуток другое. У воды начали часто попадаться отпечатки раздвоенных копыт – кабаны здесь гуляют. Но и земля оказалась мокрой, так что я взял ближе к склону, верх которого сплошь порос кустарником.
И вот этот кустарник меня и спас, пожалуй.
Шумел ветерок, шуршала уже появившаяся молодая листва, и все же в этот привычный звук нечто постороннее вплелось. Такое же шуршание, но все же не совсем такое, выбилось оно из тональности. Словно россыпь льдинок скатилась по позвоночнику от ощущения неправильности чего-то, что сейчас совсем рядом.
И я рванул с места вправо, разворотом, с пути несущейся на меня опасности, если она там действительно есть, сдергивая с левого плеча висевший стволом вниз карабин, перехватывая его правой рукой и сразу оттягивая курок пальцем.
"
"Сзади, чуть выше по склону, стоял медведь. Стоял в такой позе, какая сомнений не вызывает – хотел напасть. Но то ли мой прыжок сбил его, то ли еще что – но сейчас он остановился. Посмотрел на меня, зевнул с подревом, а медвежий «зевок» – это вовсе и не зевок, а плохой для тебя знак.
Вытропил, сволочь. Голодный по весне, вот и пошел. И не привыкли пока еще местные медведи людей бояться.
