Война будет продолжаться до тех пор, пока Амброз не признает свою вину и не принесет извинений — не маловразумительных дипломатических вывертов, но недвусмысленного признания вины и просьбы о пощаде. Радгар поклялся кровно мстить. Согласиться на что-либо меньшее, чем голову Амброза, было бы для него огромной уступкой.
Долгую минуту они молча смотрели друг на друга, словно два дуэлянта, прикидывающих свои дальнейшие действия. Разумеется, этот момент предвиделся заранее. Дюрандаль никогда не решился бы на тайную заграничную поездку, не имея в запасе какого-нибудь нового удара.
Тергианское правительство посдувало бы всю черепицу со своей крыши, доведись ему обнаружить здесь его, первого министра зарубежной державы, угрожающего консулу другой державы оружием. Сколько еще времени осталось до обычного наплыва купцов, явившихся за охранными грамотами? Как долго смогут Бычехлыст и Виктор сдерживать их, если они придут? У Дюрандаля осталось совсем немного времени для розыгрыша своего нового гамбита.
И он не заставил себя ждать.
— Насколько я понял, — произнес канцлер, глядя в упор на Овода, — королева Кульфре скончалась совсем недавно.
Намеки роились в воздухе подобно пчелам. Слова мелькали подобно шпагам: удар, парирование, атака…
— Можете ли вы гарантировать это?
— Он предложил это сам.
— Она согласится?
— Она исполнит свой долг.
— И возмещение убытков.
— Разумеется.
— Но это все еще не извинение!
Дюрандаль улыбнулся. Он скосил глаз на кресло и заломил бровь. Черт подрал, этот человек умел держаться.
— Прошу вас, садитесь, милорд, — сказал Овод и подвинул кресло для себя. Ему требовалось время обдумать ситуацию, так что он заговорил о Кульфре — безопасная тема, не требовавшая размышлений.
— Ее жизнь сложилась очень трагично. Она едва не умерла, потеряв ребенка через несколько месяцев после их свадьбы, и так до конца не выздоровела. О новых детях речи и быть не могло. Но она никогда не жаловалась, не грустила, даже испытывая боль. Смерть стала для нее избавлением.
Радгар редко спал один эти десять лет, но всегда вел себя благоразумно. Он выказывал ей почет и уважение, и он никогда не выставлял своих подруг напоказ. Он отказался разводиться с ней, как короли часто поступают с женами, неспособными выносить наследника, — как поступил король Амброз со своей первой женой.
— Принцесса утешится, выслушав это описание.
Не так быстро!
— Повторяю, принцесса — это еще не признание и извинение."
"— Но ненамного хуже их.
